Справочник врача 21

Поиск по медицинской литературе


Пятно роршаха




Поэтому Е. Т. Соколовой было выдвинуто предположение, что процесс восприятия не только строится различно в зависимости от того, какие мотивы будут порождать и направлять деятельность испытуемых, но и можно ожидать разную структуру перцептивной деятельности у здоровых и больных людей, у которых клиника диагностирует те или иные изменения личности. Для проверки этого предположения было проведено экспериментальное исследование, целью которого было: 1) показать зависимость восприятия от характера мотивации экспериментальной деятельности; 2) выявить особенности восприятия, связанные с нарушением смыслообразующей функции мотива. В эксперименте участвовали три группы испытуемых: здоровые испытуемые, больные эпилепсией и больные шизофренией, у которых по данным истории болезни на первый план выступали личностные расстройства. Эксперимент состоял в предъявлении сложных сюжетных картинок (например, мать купает ребенка) и картинок с неясными сюжетами (например, пятна Роршаха) в условиях разной мотивации. Мотивация создавалась как разной степенью неопределенности изображений, так и с помощью изменения инструкций. Неопределенность перцептивного материала выступала непосредственным побудителем деятельности, роль смыслообразующего мотива играла инструкция. Эксперимент включал три варианта исследования. В варианте А картинки предъявлялись с «глухой» инструкцией описать, что изображено. В варианте Б сообщалось, что целью эксперимента является исследование воображения, а в варианте В испытуемых предупреждали, что задачей исследования является определение их умственных способностей. В каждом варианте испытуемым предъявлялись разные наборы картинок, содержание которых надо было определить. Таким образом, цель задания не менялась, менялась лишь его мотивация. Результаты исследования показали следующее. Большинство испытуемых (и здоровых, и больных) при решении перцептивных задач выдвигали гипотезы. Однако в условиях «глухой» инструкции не все испытуемые стремились интерпретировать картинки, давая формальные ответы. Особенность варианта А («глухая» инструкция) заключается в том, что мотивация процесса восприятия в нем не задавалась экспериментально. Разворачивающаяся в такой ситуации перцептивная деятельность, следовательно, задавалась какими-то другими мотивами. В качестве таких мотивов можно выделить «мотив экспертизы», который всегда актуализируется в психологическом эксперименте, и собственный мотив восприятия (СМВ), который определяется свойствами перцептивного... [стр. 304 ⇒]

Если, однако, заменить неопределенное изображение предметным изображением, например фигурой кошки, испытуемый будет продолжать оценивать его размер гораздо устойчивее, чем размер бессмысленного пятна. В этом случае прочное представление о величине предмета, сложившееся в предшествующем опыте, вносит коррекцию в постепенно уменьшающееся отражение этого предмета на сетчатке и дает возможность сохранять более постоянную оценку величины, приближающуюся к подлинной величине предмета. Существенным фактором, влияющим на восприятие, могут быть и индивидуальные различия людей. Еще в начале этого века известный французский психолог А. Бинэ дал двум группам испытуемых задачу описать показанную им папиросу. Если одни испытуемые описывали папиросу в объективных терминах («это длинная бумажная трубка, с одной ее стороны сквозь тонкую бумажку просвечивает шероховатая коричневая масса, размер этой трубки 10-12 см» и т. д.), то вторая группа включает в описание много субъективных эмоциональных компонентов («это душистая папироса, наверное, ею очень приятно затянуться, когда устанешь, приятно вдыхать ее аромат» и т. д.). Эти данные позволили Бинэ говорить об объективном и субъективном типах восприятия, свойственных различным людям. Не меньшее значение имеют и другие индивидуальные различия в восприятии — преобладание аналитического восприятия с выделением многих деталей у одних и синтетического целостного восприятия у других. Такие различия в восприятии могут отчетливо выступать при рассматривании бессмысленных чернильных пятен. Этот метод, предложенный в свое время швейцарским психологом Роршахом (широко известный под названием «пятен Роршаха»), позволил показать, что если одни испытуемые оказываются склонны к выделению мелких деталей и, как правило, игнорируют целое, то другие испытуемые оценивают в пятнах Роршаха лишь общие контуры, не выделяя отдельные детали и не останавливаясь на них. Метод восприятия чернильных пятен Роршаха получил широкое распространение в диагностической практике, проявляя существенные особенности косного и детализированного восприятия эпилептиков, эмоционального и подвижного восприятия истериков и т. д. [стр. 149 ⇒]

Они основаны на предъявлении испытуемому малоструктурированного, перцептивно неоднозначного материала, который интерпретируется испытуемым в аспекте его предыдущего жизненного опыта и ожиданий, с точки зрения актуальной системы отношений, потребностей, ценностных ориентации и т. д. Это позволяет психологу придти к соответствующим заключениям об особенностях психики больного, его личности и значимых отношениях, В частности, порядок предъявления заданий и анализа результатов по проективному методу составления испытуемым рассказов по заданным ключевым словам или по рисункам с неопределенным содержанием (по типу ТАТ) могут быть гибко индивидуализированы в зависимости от поставленной диагностической задачи, например, в целях выявления скрытых бредовых переживаний, диссимулируемых суицидальных тенденций и т. п. С другой стороны, для выяснения структуры отношений больных в психокоррекционной группе целесообразно применение стандартизованных методик, в частности, метода так называемого семантического дифференциала. Наиболее часто в диагностической работе применяются различные варианты личностных опросников**, проективные методы (определения фрустрационной толерантности, пятна Роршаха, семантический дифференциал и др.) и стандартизованный набор психологических тестов для исследования интеллектуальной деятельности (для взрослых и для детей). Следует учитывать, что практически все нестандартизованные методики могут быть стандартизованы. А с другой стороны, большинство субтестов, входящих в стандартизованные методики, можно использовать в нестандартизованном варианте для качественного анализа обнаруживаемых особенностей психической деятельности. Кроме названных здесь патопсихологических методов и методов изучения личности и ее отношений в норме и в патологии, для решения некоторых диагностических задач, особенно в гериатрической и детской —————... [стр. 13 ⇒]

«Она обладает исключительным умом и упорством и замечательной трудовой дисциплиной. Назначение Хиллари – это знак сторонникам и противникам моей приверженности обновлению американской дипломатии и восстановлению наших альянсов» (заявление президента Барака Обамы в конце 2008 г. о намерении назначить Хиллари Клинтон государственным секретарем США). «Я даже не представляю, насколько опасной она может стать. ‹…› Ни она, ни Билл не любят Америку. Они хотят использовать президентство Билла не для того, чтобы помочь стране, а для того, чтобы укрепить свое влияние» (Пегги Нунан, бывший спичрайтер президентов Рональда Рейгана и Джорджа Буша-старшего; цит. по: Wakefield, 2002). Хиллари Роршах Клинтон? Подобно тому как в чернильных пятнах Роршаха испытуемые видят разные образы, так и в Хиллари Родам Клинтон разные люди «видят» разные человеческие качества. Кто же она на самом деле: талантливая идеалистка, преданно служащая народу и достойная статуса ролевой модели, или опасная, лживая властолюбка, действующая во вред Америке? Почему в глазах разных людей эта женщина выглядит столь различно?... [стр. 181 ⇒]

Хиллари Роршах Клинтон? Подобно тому как в чернильных пятнах Роршаха испытуемые видят разные образы, так и в Хиллари Родэм Клинтон разные люди «видят» разные человеческие качества. Кто же она на самом деле: талантливая идеалистка, преданно служащая народу и достойная статуса ролевой модели, или опасная, лживая властолюбка, действующая во вред Америке? Почему в глазах разных людей эта женщина выглядит столь различно? «Хиллари Клинтон относится к тому типу людей, которые предлагают маленьким девочкам образец для построения будущей жизни, а маленьким мальчикам помогают понять перспективы и возможности, которые есть у женщин» (Карен Берстейн, бывший сенатор от штата Нью-Йорк и судья по семейным делам). «Наша первая леди – женщина несомненных талантов, ставшая ролевой моделью для многих представительниц своего поколения, – прирожденная лгунья» (Уильям Сейфир, 1996 г., журналист New York Times, лауреат Пулитцеровской премии). [стр. 182 ⇒]

4. Проблема построения универсальной типологии психологической деятельности Наличие универсальной типологии профессионального самоопределения психологов позволило бы конкретному специалисту точнее соотнести себя с теми или иными «типами», а может, и вовремя отказаться от этих «типов». А в более творческих вариантах самоопределения вообще попробовать найти для себя неповторимый, то есть непохожий ни на какие «типажи» и «стереотипы» «образ» психолога–профессионала. Но для этого надо хотя бы иметь общее представление о возможных вариантах уже имеющихся «типажей». Заметим, что для кого–то ориентация на уже существующие типы и стереотипы профессионального поведения, наоборот, поможет скорее стать «настоящим психологом», таким как «положено» и каким «хотят видеть» психолога многие коллеги, клиенты и пациенты, то есть ориентация на существующие стереотипы кому–то поможет поскорее найти свой имидж «эффективного специалиста» и поскорее вписаться в те или иные профессиональные психологические «тусовки». Самая простая типология основана на формальном выделении существующих направлений и специальностей. Здесь можно выделить: психолога общего профиля, социального психолога, клинического психолога, психолога–педагога, патопсихолога, нейропсихолога, психофизиолога, психолога труда (организационного психолога), инженерного психолога и т. п. В рамках каждой специальности можно выделить специализации. Например, в рамках социальной психологии можно выделить специалистов по межнациональным отношениям, по психологии общения, по психологии трудового коллектива, по политической психологии и т. п. В рамках возрастной психологии — специалистов по дошкольной психологии, по подростковой психологии, по развитию субъектов профессиональной деятельности (это уже на стыке возрастной и психологии труда), специалиста по отклоняющемуся (девиантному и делинквентному) поведению подростков (на стыке возрастной, педагогичекой, социальной и медицинской психологии) и т. п. Можно выделить психологов, решающих определенные проблемы и специализирующихся преимущественно на тех или иных видах психологического консультирования (личностное консультирование, семейное консультирование, консультирование по вопросам детско–возрастного развития, профконсультирование, организационное консультирование и т. п.). Можно также выделить психологов, которые больше специализируются на психодиагностике или на психокоррекции, на формировании определенных качеств или на создании развивающей среды, или же психологов, специализирующихся на проектировании тех или иных методов работы и т. п. Можно выделить также психологов, специализирующихся на отдельных группах методик (или просто на отдельных методах работы, например, на методиках типа «Цветовой тест Люшера» или методика «пятна Роршаха»…). [стр. 211 ⇒]

Дети часто длительно не включаются в предложенную им проблемную ситуацию или, наоборот, очень быстро приступают к выполнению заданий, но при этом оценивают проблемную ситуацию поверхностно, без учета всех особенностей задания. Другие приступают к выполнению заданий, но быстро утрачивают к ним интерес, не заканчивают их и отказываются работать, даже в случаях правильного выполнения заданий. При этом возможности правильного осуществления мыслительных операций у детей с недоразвитием речи, как правило, сохранны, что выявляется при расширении запаса знаний и упорядочении самоорганизации (В.А.Ковшиков, Ю.А. Элькин, 1979). Овладевая в полной мере предпосылками для развития мыслительных операций, доступными их возрасту, дети, однако, отстают в развитии наглядно-образного мышления, без специального обучения с трудом овладевают анализом, синтезом, сравнением, классификацией, исключением лишнего понятия и умозаключением по аналогии. Недостатки наглядно-образного мышления у детей с недоразвитием речи могут иметь не только вторичный, но и первичный характер, в этом случае они обусловлены недостаточностью теменно-затылочных областей коры головного мозга Несформированность наглядно-образного мышления при недоразвитии речи в большинстве случаев по степени выраженности связана с тяжестью речевого дефекта (Т.А. Фотекова, 1993). Для многих детей с обшим недоразвитием речи характерна также ригидность мышления (Л.И.Белякова, Ю.Ф.Гаркуша, О. Н.Усанова, Э.Л. Фигередо). При исследовании речевого мышления учащихся речевых школ (И.Т. Власенко, 1990) обнаруживаются особенности, которые по своему психологическому механизму первично связаны с системным недоразвитием речи, а не с нарушением собственно мышления. Установление во внутреннем плане речемыслительной связи слова с предметным образом (например, в случае опосредствованного запоминания) у этих детей нарушается из-за недостаточной сформированности механизма внутренней речи в звене перехода речевых образований в мыслительные и наоборот. В трудах, посвященных исследованию воображения у детей с нормальным развитием, подчеркивается тесная связь воображения и речи. «Наблюдение за развитием воображения обнаружило зависимость этой функции от развития речи, — писал Л. С. Выготский. — Задержка в развитии речи... знаменует собой и задержку развития воображения». Исследования В. П. Глухова (1985) позволяют сделать выводы об особенностях воображения у детей с общим недоразвитием речи. Дети данной категории по уровню продуктивной деятельности воображения отстают от нормально развивающихся сверстников. В пробах на выполнение рисунков по заданным геометрическим фигурам и на окончание рисунков по заданному началу дети с нормальной речью создают в среднем на 5 образцов больше, чем дети с речевой патологией. У детей с ОНР отмечается в 2,5 раза больше рисунков, копирующих образец и предметы ближайшего окружения, у них значительно чаще отмечается повторение собственных рисунков и есть рисунки, неадекватные заданию. Для детей с речевой патологией характерно использование штампов и однообразность, им требуется значительно больше времени для включения в работу, в ее процессе отмечается значительное увеличение длительности пауз, наблюдается истощение деятельности. В целом для детей с речевым недоразвитием характерны: недостаточная подвижность, инертность, быстрая истощаемость процессов воображения. Так, количество образов, возникающих при восприятии недифференцированных изображений (пятна Роршаха), у детей с речевой патологией оказывается меньшим, чем у нормально развивающихся детей. Отмечается более низкий уровень пространственного оперирования образами. [стр. 192 ⇒]

Краткий обзор проективных тестов Тест Роршаха Rorschach-Test — проективная методика исследования личности. Создана Г. Роршахом в 1921 году. По своей популярности в зарубежных психодиагностических исследованиях личности занимает ведущее место среди других проективных методик (библиография включает около 7 тысяч работ). Стимульный материал теста Роршаха состоит из 10 стандартных таблиц с черно-белыми и цветными симметричными аморфными (слабоструктурньши) изображениями (так называемые «пятна» Роршаха) (рис. 6.1). Обследуемому предлагается ответить на вопрос о том, что изображено, на что это похоже. Ведется дословная запись всех высказывании обследуемого, учитываются время с момента предъявления таблицы до начала ответа, положение, в котором рассматривается изображение, а также любые особенности поведения. Завершается обследование опросом, который осуществляется экспериментатором по определенной схеме (уточнение деталей изображения, по которым возникла ассоциация). Рис. 6.1... [стр. 447 ⇒]

Объективность и достоверность результатов тестирования обеспечивается его соответствием психометрическим критериям валидности и надежности, рассмотренным при описании экспериментального метода, а также качеством норм. Для интерпретации показателей должны быть использованы нормы, полученные на репрезентативных выборках. Не менее существенным является наличие теоретической концепции, послужившей основой для разработки теста. Так, например, серия тестов для диагностики интеллекта, предложенная Дж. М. Кеттелом в конце ХIХ в., оказалась неэффективной, и вызвала критику метода тестов, хотя причина заключалась не в методе, а в теоретических представлениях об умственных способностях и их проявлении. В качестве показателей интеллекта автор предлагал измерение чувствительности, время реакции, время распознавания цветов и другие элементарные проявления психики, возможность измерения которых в то время уже получила экспериментальное подтверждение. Количество тестов, имеющихся в арсенале психологов в настоящее время, измеряется сотнями, они находят практическое применение в различных отраслях психологии при решении прикладных и практических задач. Существует много вариантов классификаций тестов по различным основаниям, в частности по назначению принято выделять общедиагностические тесты, тесты специальных способностей, профессиональной пригодности и тесты достижений. Популярности тестов способствует возможность применения компьютерных вариантов тестов и проведения экспресс-диагностики. Основное достоинство тестов — объективность данных о психических особенностях человека, однако, как и любой диагностический метод, тесты не лишены недостатков. К ним относятся невозможность осуществления индивидуального подхода, снижение надежности при использовании устаревших нормативов или при отсутствии информации о психометрических характеристиках. Избежать возможных ошибок позволит использование тестов в сочетании с другими методами исследования. Проективные методы. От традиционных для отечественной психологии существенно отличаются проективные методы, разработанные в рамках идеографического подхода и направленные на глубинное изучение личности. Основная особенность методов этой группы состоит в предъявлении обследуемому неопределенного и малоструктурированного стимульного материала: чернильных пятен, элементов изображения, сюжетных картинок. Инструкция, как правило, носит общий характер и не раскрывает истинной цели исследования, отсутствуют и ограничения в вариантах ответов, среди которых нет правильных и неправильных. Таким образом, создается ситуация, дающая человеку практически неограниченные возможности для свободного выбора ответа или формы реагирования. Задача обследуемого человека состоит в его структурировании образов (широко известные «пятна» Роршаха), завершении (текста, изображения) или истолковании (составления рассказа или истории по рисункам). Проективный подход предполагает, что восприятие задания, его интерпретация и характер ответов определяются личностным смыслом этой ситуации для испытуемого, 151... [стр. 151 ⇒]

Варианты теста: 1. Тест-опросник. Он содержит заранее продуманные, тщательно отобранные и проверенные с точки зрения их валидности и надежности вопросов, по ответам на которые можно судить о психологических качествах испытуемых. 2. Тест-задание предполагает оценку особенностей психологии и поведения человека на базе того, что он делает. В тестах этого типа испытуемому предлагается серия специальных заданий, по итогам выполнения которых судят о наличии или отсутствии и степени развития у него изучаемого качества; 3. Проективный тест. В основе таких тестов лежит механизм проекции, согласно которому неосознаваемые собственные качества, особенно недостатки, человек склонен приписывать другим людям. Проективные тесты предназначены для изучения негативных психологических и поведенческих особенностей. Применяя тесты подобного рода, об особенностях психологии испытуемого судят на основании того, как он воспринимает и оценивает ситуации и поведение других людей, какие личностные свойства, мотивы положительного или отрицательного характера он им приписывает. Примеры проективных тестов: Рисунок «Человек под дождем». Метод «Незаконченные предложения». Методика «Дом - Дерево - Человек» Дж. Бука. Методика «Рисунок семьи». Тест «Несуществующее животное». Тест Роршаха (тест «чернильных пятен»). Например, в тесте Роршаха стимульный материал к тесту состоит из 10 стандартных картинок (таблиц) с черно-белыми и цветными симметричными слабоструктурированными изображениями («пятна» Роршаха) – см. рисунок 1.4. Обследуемому предлагают ответить на вопрос о том, на что, по его мнению, похоже каждое изображение. Ответы формализуются с помощью специально разработанной системы символов и затем делаются выводы об эмоциональном состоянии испытуемого, особенностях мышления, познавательных процессов, интеллекта и характера, о существующих проблемах, в том числе и психического здоровья. Тестов, «свободных от культуры», а значит, одинаково понятных по материалу индивидам из разных социальных общностей, создать нельзя. Это неустранимый недостаток тестов, и он особенно резко обнаруживается при тестировании индивидов, принадлежащих не к той социальной общности, на которую ориентированы тесты. Тесты могут составляться только специалистами. Набор заданий может быть назван тестом лишь после того, как он пройдет стандартизацию, и будут получены приемлемые коэффициенты его надежности и валидности. Информация, полученная при тестировании, имеет свой «срок жизни», и данные тестирования при изменении условий жизнедеятельности могут измениться в ту или другую сторону. 29... [стр. 29 ⇒]

<...> При использовании проективного теста человеку предъявляется набор неоднозначных стимулов и предполагается, что он будет проецировать на них свое бессознательное. В тесте Роршаха стимулами являются просто симметричные чернильные пятна, которые можно воспринять как любое количество объектов. По Роршаху, то, что человек видит на чернильном пятне, часто многое открывает в его истинной психологической натуре. Он называл это явление интерпретацией случайных форм. Существует известный анекдот о чернильных пятнах Роршаха, в котором рассказывается о психотерапевте, тестирующем клиента. При предъявлении первой карточки с чернильными пятнами врач спрашивает: «Что вам это напоминает?» Клиент отвечает: «Секс». При показе второй карточки вновь задается этот же вопрос, на который клиент опять отвечает: «Секс». Когда на первые пять картинок получен один и тот же однословный ответ, психотерапевт замечает: «Похоже, что вы определенно сексуально озабочены!» На что удивленный клиент отвечает: «Я? Доктор, это вы озабочены, показывая все эти грязные картинки!» Конечно, подобная история слишком упрощает тест Роршаха. Хотя сами чернильные пятна отобраны так, что смутно напоминают какие-то предметы, чтобы поддержать активность интерпретации, сексуальная ориентация в ответах должна учитываться, но, в среднем, не более чем любая другая. Роршах был уверен, что перед его проективной методикой стоят две основные цели. Во-первых, она должна применяться как исследовательский прием для выявления неосознанных аспектов личности. О другой цели Роршах объявил несколько позднее, она заключалась в том, что тест следует использовать при диагностике различных типов психопатологии. [стр. 506 ⇒]

Опиши это!13 <...>Спустя несколько лет после того, как был создан тест Роршаха, в Гарвардской психологической клинике Генри А. Мюррей (Henry A. Murray) со своей сотрудницей Кристианой Д. Морган (Christiana D. Morgan) разработали совершенно новую форму проективного теста и назвали его Тематический Апперцептивный Тест, или TAT, в котором главное внимание уделялось содержанию интерпретации. В отличие от бесформенных фигур, таких как чернильные пятна Роршаха, TAT составляют черно-белые изображения людей, представленных в различных неопределенных ситуациях. Клиента просят составить рассказ по этим рисункам. Затем рассказы анализируются психотерапевтом или исследователем, чтобы выявить скрытые бессознательные конфликты (апперцепция — это осознанное восприятие). Теоретическое обоснование TAT заключалось в том, что когда вы наблюдаете за поведением человека либо на картинке, либо в реальной жизни, вы будете интерпретировать это поведение в соответствии с нитями, связывающими его с ситуацией. Когда причины, вызывающие поведение, ясны, то ваша интерпретация будет не только правильной, но в значительной степени соответствующей восприятию других наблюдающих. Однако когда смысл ситуации непонятен и трудно найти причины того или иного поведения, ваша интерпретация будет, скорее, отражать что-то о вас самих — о ваших страхах, желаниях, конфликтах и т.д. Например, представьте, что вы видите лица мужчины и женщины, смотрящих на небо, но с разными выражениями лица: у него на лице ужас, а она улыбается. По мере того как вы наблюдаете за ситуацией, вы понимаете, что они ждут очереди, чтобы прокатиться на самом высоком аттракционе американских горок, который расположен на «Волшебной горе» в Калифорнии. В данной ситуации нетрудно интерпретировать поведение этой пары, и возможно, ваш анализ будет более или менее таким же, как у других наблюдающих. Теперь представьте, что вы видите те же выражения лиц, но люди находятся «в изоляции», без подсказывающей ситуации, объясняющей поведение. Если бы вас спросили: «Чем занимаются эти люди?», ваш ответ зависел бы от внутренней интерпретации, и он мог бы открыть больше сведений о вас, чем о людях, которых вы наблюдали. Более того, из-за необычности изолированного поведения ответы различных наблюдающих сильно отличались бы друг от друга (т.е. они наблюдают за НЛО; спуск лыжников; смотрят, как маленькие дети играют на высокой горке; наблюдают за приближающимся торнадо). Такова идея Тематического Апперцептивного Теста, созданного Морган и Мюрреем; и до настоящего времени этот тест является очень популярной психотерапевтической методикой помощи клиентам. 13... [стр. 513 ⇒]

  Такие  ответы  говорят  о  наиболее  глубоких  индивидуальных  реакциях  человека,  которые  отражаются  и  на  его  внешней  активности,  и  на  связях  с  людьми.  Чем  больше  в  протоколе  сюжетов,  связанных  с  движением  человека,  тем  больше  индивид  незауряден  в  своих  действиях  и  мышлении.  Люди,  не  видящие  движения,  обычно  мало  самостоятельны,  круг  их  интересов  достаточно  узок.   Некоторые  специалисты  считают,  что  ответы,  в  которых  видится  движение  человека,  говорят  об  интересе  к  людям  и  способности  сопереживать  им. Таким  образом,  нами  учитывались  величина  продукции  (число  ответов  на  все  десять  пятен),  ее  оригинальность  (число  ответов,  встречающихся  один­два  раза  на  100  протоколов)  и  число  ответов,  связанных  с  движением  человека.  Эти  показатели  свидетельствовали  о  творческих  потенциях  личности.  Анализируя  ответы  на  пятна  Роршаха,  можно  судить  также  об  уровне  эмоциональности  личности,  о  ее  характере,  о  способах  решения  проблемы  и,  что  особенно  важно,  о  причинах,  мешающих  реализации  творческих  способностей.  Наряду  с  методом  Роршаха  в  исследовании  использовались  некоторые  вопросники,  определяющие  такие  свойства  личности,  как  общительность,  эмоциональность,  степень  тревожности,  самостоятельность  и  самобытность,  самоконтроль  и  некоторые  другие  (методики  Р.  Кэттелла,  Г.  Айзенка,  К.  Леонгарда).  Для  определения  степени  работоспособности  и  характера  мотиваций  применялся  цветовой  тест  Люшера. Данные  психологического  обследования  сравнивались  с  показателями  успешности  обучения  по  оценке  педагога,  ведущего  курс,  с  результатами  зачетных  показов  и  с  успешностью  выполнения  отдельных  творческих  заданий.  Для  того  чтобы  на  основании  ответов  на  пятна  Роршаха  судить  о  творческой  одаренности  человека,  надо  учитывать  и  всю  совокупность  ответов,  и  количественное  соотношение  между  ними.  Не  менее  важен  и  качественный  анализ  отдельных  соотношений.  Общее  число  ответов  говорит  нам  об  активности  работы  воображения,  о  богатстве  образов,  которыми  человек  оперирует  в  своем  опыте,  о  разнообразии  его  ассоциаций  и  легкости  управления  ими.  Число  ответов  на  последние  три  цветные  карты  говорит  о  влиянии  эмоциональных  воздействий  на  интеллектуаль5... [стр. 60 ⇒]

Научные данные – это сведения, полученные в результате научных изысканий и характеризующиеся высокой степенью достоверности (доказанности и надежности), возможностью проверки, теоретической обоснованностью, включенностью в широкую систему научных знаний. Характерной особенностью научных данных, как и вообще научных знаний, является их относительная истинность, т. е. потенциальная возможность их опровержения в результате научной критики. Ненаучные данные – сведения, полученные ненаучными путями. Например, из житейского опыта, из религиозных источников, из традиций, от авторитетов и т. д. Эти данные не доказываются, зачастую считаются самоочевидными. Не имеют теоретических обоснований. Многие из них претендуют на абсолютную истинность, их принятие субъектом познания базируется на некритическом усвоении, доверии (своему опыту, догматам, авторитетам). Решающие данные – это сведения, позволяющие однозначно принять или отвергнуть выдвинутую гипотезу. Значительные данные – это данные, вносящие весомый вклад в решение проблемы, но недостаточные для ее решения без привлечения других сведений. Незначительные – данные малой информативности по решаемому вопросу. Социологические, психологические и т. д. – данные, полученные в соответствующих сферах бытия, в первую очередь – общественного бытия. В узком смысле – это данные соответствующих наук: Данные наблюдения, опроса и т. д. – сведения, полученные с помощью того или иного эмпирического метода. Пятая группировка предложена американским психологом Р. Б. Кеттеллом в середине XX столетия и обычно относится к данным по проблемам личности и социально-психологическим вопросам [430, 431]. L-данные (life data) – сведения, получаемые путем регистрации фактов реальной жизни. Обычно это данные наблюдения за повседневной жизнью человека или группы. С них рекомендуется начинать предварительное исследование проблемы [150]. Q-данные (questionnaire data) – сведения, получаемые с помощью опросников, тестов интересов, самоотчетов и других методов самооценок, а также путем свободного обследования психиатров, учителей и т. п. Благодаря простоте инструментария и легкости получения информации Q-данные занимают ведущее место в исследованиях личности. Число методик огромно. Наиболее известные: опросники Айзенка (EPI, EPQ), Миннесотский многопрофильный личностный перечень (MMPI), Калифорнийский психологический тест (CPI), 16-факторный личностный опросник Кеттелла (16PF), тест Гилфорда – Циммермана для исследования темперамента (GZIS). Т-данные (test data) – сведения, получаемые с помощью объективных тестов, а также физиологических измерений. Эти данные «объективны», поскольку их получают в результате объективного измерения реакций и поведения человека без обращения к самооценке или оценке экспертов. Количество методик для получения Т-данных также очень велико. Это тесты способностей, тесты интеллекта, тесты достижений. Кеттелл сюда же относит антропометрические и физиологические измерения, ситуативные и проективные тесты (всего более 400 методик, разбитых на 12 групп). Наиболее, известны: тест «пятна Роршаха», тест Розенцвейга, тест тематической апперцепции (ТАТ), тесты интеллекта Стенфорд-Бине, Векслера, Амтхауэра. Деление данных по информативности базируется на качественно-количественной нагрузке их содержания, позволяющей эти сведения соотносить друг с другом или с уже имеющимися сведениями в данной области на том или ином уровне точности. Эта группировка данных согласуется с классификацией измерительных шкал по С. Стивенсу [360]. Неметрические данные – это те, которые не имеют метрики, т. е. единиц измерения. Метрические – количественные данные, имеющие единицы измерения. Качественные данные (классификаторные, номинативные) – сведения, на основании которых изучаемый объект (или его состояние) можно отнести к какому-либо множеству (классу) сходных объектов. В этих данных отражаются сугубо качественные характеристики объекта, не позволяющие выяснить степень выраженности признака объекта, а следовательно, и его соотношение с подобными объектами, входящими в тот же класс. Эти данные указывают только на наличие или отсутствие какого-либо признака, по которому объект можно отнести к тому или иному классу. Каждый класс сходных объектов имеет определенное наименование, поэтому система классов носит название шкалы наименований (номинальной шкалы), а сами данные называются номинативными. Психологическая основа получения таких данных и построения... [стр. 24 ⇒]

Тестирование с помощью проективных методов имеет следующие наиболее общие особенности. В методиках используется неоднозначный, слабоструктурированный стимульный материал, допускающий большое число вариантов восприятия и интерпретации. При этом предполагается, что чем слабее структурирован стимульный материал, тем выше степень проекции: «Субъект, поглощенный попытками интерпретировать вроде бы ничего субъективно не значащий материал, не замечает, как раскрывает свои волнения, страхи, желания и тревоги. Таким образом, значительно снижается сопротивление при раскрытии личных, иногда очень болезненных проблем» [305, с. 85]. Для преодоления сопротивления инструкция испытуемому дается без раскрытия истинной цели, а сама процедура тестирования нередко проходит в игровой форме. Для испытуемого, как правило, нет ограничений в выборе ответов, и ответы не оцениваются как «правильные» или «ошибочные». Благодаря этим особенностям проективные методики нередко используются на начальных этапах психологической работы с клиентом или в начале комплексного психологического тестирования личности, поскольку позволяют установить контакт и вызвать интерес к обследованию. Немаловажным достоинством многих проективных методик является то, что ответы испытуемых не обязательно должны даваться в вербальной форме (как в случае с опросниками), а это позволяет использовать эти методики в работе и со взрослыми, и с детьми. Первая и использующаяся до сих пор классификация проективных методов принадлежит Лоуренсу К. Франку. Он предложил различать проективные методы в зависимости от характера реакций испытуемого. В современном, дополненном, виде классификация Франка выглядит следующим образом [54, с. 251]: 1. Конститутивные методы. 2. Конструктивные. 3. Интерпретативные. 4. Катартические. 5. Экспрессивные. 6. Импрессивные. 7. Аддитивные. Конститутивные методы характеризуются ситуацией, в которой от испытуемого требуется создание некой структуры из слабоструктурированного, аморфного материала, оформление стимулов, придание им смысла. Примером методик этой группы является тест Роршаха, стимульный материал которого состоит из 10 стандартных таблиц с черно-белыми и цветными симметричными «кляксами» (так называемые «пятна Роршаха») [474]. Испытуемому предлагается ответить на вопрос, на что, по его мнению, похоже каждое пятно. В зависимости от ответов обследуемого судят о его переживаниях, особенностях взаимодействия с окружением, реалистичности восприятия действительности, тенденциях к беспокойству и тревожности и др. Тест Роршаха в высокой степени удовлетворяет ориентации проективной психологии на использование нестереотипных стимулов. Стимульный материал теста Роршаха не навязывает испытуемому его ответов, в связи с чем тест является наиболее часто используемой в зарубежной психодиагностике проективной методикой. Попыткой дальнейшего развития принципа слабоструктурированности стимульно-го материала является методика «Картины облаков» В. Штерна и др., где используется напоминающий облака стимульный материал, не имеющий, в отличие от «пятен Роршаха», симметрии и четкого контура. Испытуемому предлагается самостоятельно отметить контуры и рассказать о том, что изображено на картинках. Конструктивные методы подразумевают конструирование, создание из оформленных деталей осмысленного целого. Например, стимульный материал методик «Деревня» и «Тест мира» состоит из небольших по величине предметов, количество которых в разных вариантах доходит до 300 [54]. Среди них: школа, больница, мэрия, церковь, торговые лавки, деревья, автомобили, фигурки людей и животных и т. п. Испытуемому предлагается по своему усмотрению построить из этих предметов деревню, в которой он хотел бы жить, либо некоторое пространство своего существования (по терминологии авторов – «малый мир»). Определяется подход испытуемого к конструированию макета, реалистичность его построения, близость к характерным для разных контингентов построениям и т. д. Интерпретативные методы подразумевают истолкование испытуемым какого-либо события, ситуации. Примером являются тест тематической апперцепции (ТАТ), тесты словесных ассоциаций. Стимульный материал ТАТ представляет собой набор из 30 черно-белых изображений, на которых представлены относительно неопределенные сцены, допускающие неоднозначную интерпретацию [462]. Испытуемому предлагается составить рассказ по каждому... [стр. 153 ⇒]

Различные раздражители способны возбудить содержание галлюцинаторного образа через сложную цепь ассоциаций, промежуточные звенья которой могут ускользать от отчета. Связь образа с наличным раздражителем трудно проследить, так как она часто маскируется, но она существует. Таким образом, изменение деятельности внешних и внутренних анализаторов, наличие подпороговых (не осознаваемых больным) раздражителей, вызывающих перегрузку этих анализаторов, играет большую роль в патогенезе галлюцинаций. 3.1.4. Исследование нарушений мотивационного компонента перцептивной деятельности. Исследование нарушений восприятия с точки зрения психологии было бы неполным, если не обращать внимания на роль личностного компонента в их возникновении. С. Л. Рубинштейн указывала на то, что «в восприятии отражается вся многообразная жизнь личности», а при изменении личностного отношения изменяется и перцептивная деятельность. В отечественной психологии, вслед за А. Н. Леонтьевым, который считал, что основной характеристикой человеческой психики является ее пристрастность, сложилось мнение о смыслообразующей роли мотивации в процессе восприятия. Поэтому Е. Т. Соколовой было выдвинуто предположение, что процесс восприятия не только строится различно в зависимости от того, какие мотивы будут порождать и направлять деятельность испытуемых, но и можно ожидать разную структуру перцептивной деятельности у здоровых и больных людей, у которых клиника диагностирует те или иные изменения личности. Для проверки этого предположения было проведено экспериментальное исследование, целью которого было: 1) показать зависимость восприятия от характера мотивации экспериментальной деятельности; 2) выявить особенности восприятия, связанные с нарушением смыслообразующей функции мотива. В эксперименте участвовали три группы испытуемых: здоровые испытуемые, больные эпилепсией и больные шизофренией, у которых по данным истории болезни на первый план выступали личностные расстройства. Эксперимент состоял в предъявлении сложных сюжетных картинок (например, мать купает ребенка) и картинок с неясными сюжетами (например, пятна Роршаха) в условиях разной мотивации. Мотивация создавалась как разной степенью неопределенности изображений, так и с помощью изменения инструкций. Неопределенность перцептивного материала выступала непосредственным побудителем деятельности, роль смыслообразующего мотива играла инструкция. Эксперимент включал три варианта исследования. В варианте А картинки предъявлялись с «глухой» инструкцией описать, что изображено. В варианте Б сообщалось, что целью эксперимента является исследование воображения, а в варианте В испытуемых предупреждали, что задачей исследования является определение их умственных способностей. В каждом варианте испытуемым предъявлялись разные наборы картинок, содержание которых надо было определить. Таким образом, цель задания не менялась, менялась лишь его мотивация. Результаты исследования показали следующее. Большинство испытуемых (и здоровых, и больных) при решении перцептивных задач выдвигали гипотезы. Однако в условиях «глухой» инструкции не все испытуемые стремились интерпретировать картинки, давая формальные ответы. Особенность варианта А («глухая» инструкция) заключается в том, что мотивация процесса восприятия в нем не задавалась экспериментально. Разворачивающаяся в такой ситуации перцептивная деятельность, следовательно, задавалась какими-то другими мотивами. В качестве таких мотивов можно выделить «мотив экспертизы», который всегда актуализируется в психологическом эксперименте, и собственный мотив восприятия (СМВ), который определяется свойствами перцептивного материала. Между этими мотивами существуют иерархические отношения: мотив экспертизы придает деятельности личностный смысл, а СМВ играет роль дополнительного стимула. Совместное действие этих двух мотивов и обеспечивает реализацию цели — содержательную интерпретацию предъявляемых карточек. Однако, как показали данные исследования, в некоторых случаях мотив экспертизы был выражен недостаточно, что приводило к увеличению формальных ответов. Это явление наиболее ярко проявлялось у больных шизофренией. В вариантах Б и В, где экспериментально задавалась определенная мотивация восприятия, были показаны другие результаты. Прежде всего изменилось отношение к эксперименту. У здоровых испытуемых появлялся интерес к заданию и оценке экспериментатора. У них исчезли формальные... [стр. 197 ⇒]

Электронная библиотека факультета психологии МаГУ а) интервальные. б) пропорциональные; Научные данные – это сведения, полученные в результате научных изысканий и характеризующиеся высокой степенью достоверности (доказанности и надежности), возможностью проверки, теоретической обоснованностью, включенностью в широкую систему научных знаний. Характерной особенностью научных данных, как и вообще научных знаний, является их относительная истинность, т. е. потенциальная возможность их опровержения в результате научной критики. Ненаучные данные – сведения, полученные ненаучными путями. Например, из житейского опыта, из религиозных источников, из традиций, от авторитетов и т. д. Эти данные не доказываются, зачастую считаются самоочевидными. Не имеют теоретических обоснований. Многие из них претендуют на абсолютную истинность, их принятие субъектом познания базируется на некритическом усвоении, доверии (своему опыту, догматам, авторитетам). Решающие данные – это сведения, позволяющие однозначно принять или отвергнуть выдвинутую гипотезу. Значительные данные – это данные, вносящие весомый вклад в решение проблемы, но недостаточные для ее решения без привлечения других сведений. Незначительные – данные малой информативности по решаемому вопросу. Социологические, психологические и т. д. – данные, полученные в соответствующих сферах бытия, в первую очередь – общественного бытия. В узком смысле – это данные соответствующих наук: Данные наблюдения, опроса и т. д. – сведения, полученные с помощью того или иного эмпирического метода. Пятая группировка предложена американским психологом Р. Б. Кеттеллом в середине XX столетия и обычно относится к данным по проблемам личности и социально-психологическим вопросам [430, 431]. L-данные (life data) – сведения, получаемые путем регистрации фактов реальной жизни. Обычно это данные наблюдения за повседневной жизнью человека или группы. С них рекомендуется начинать предварительное исследование проблемы [150]. Q-данные (questionnaire data) – сведения, получаемые с помощью опросников, тестов интересов, самоотчетов и других методов самооценок, а также путем свободного обследования психиатров, учителей и т. п. Благодаря простоте инструментария и легкости получения информации Q-данные занимают ведущее место в исследованиях личности. Число методик огромно. Наиболее известные: опросники Айзенка (EPI, EPQ), Миннесотский многопрофильный личностный перечень (MMPI), Калифорнийский психологический тест (CPI), 16-факторный личностный опросник Кеттелла (16PF), тест Гилфорда – Циммермана для исследования темперамента (GZIS). Т-данные (test data) – сведения, получаемые с помощью объективных тестов, а также физиологических измерений. Эти данные «объективны», поскольку их получают в результате объективного измерения реакций и поведения человека без обращения к самооценке или оценке экспертов. Количество методик для получения Т-данных также очень велико. Это тесты способностей, тесты интеллекта, тесты достижений. Кеттелл сюда же относит антропометрические и физиологические измерения, ситуативные и проективные тесты (всего более 400 методик, разбитых на 12 групп). Наиболее, известны: тест «пятна Роршаха», тест Розенцвейга, тест тематической апперцепции (ТАТ), тесты интеллекта Стенфорд-Бине, Векслера, Амтхауэра. Деление данных по информативности базируется на качественно-количественной нагрузке их содержания, позволяющей эти сведения соотносить друг с другом или с уже имеющимися сведениями в данной области на том или ином уровне точности. Эта группировка данных согласуется с классификацией измерительных шкал по С. Стивенсу [360]. Неметрические данные – это те, которые не имеют метрики, т. е. единиц измерения. Метрические – количественные данные, имеющие единицы измерения. Качественные данные (классификаторные, номинативные) – сведения, на основании которых изучаемый объект (или его состояние) можно отнести к какому-либо множеству (классу) сходных объектов. В этих данных отражаются сугубо качественные характеристики объекта, не позволяющие выяснить степень выраженности признака объекта, а следовательно, и его соотношение с подобными объектами, входящими в тот же класс. Эти данные указывают только на наличие или отсутствие какого-либо признака, по которому объект можно отнести к тому или иному классу. Каждый класс сходных объектов имеет определенное наименование, поэтому 24... [стр. 24 ⇒]

Электронная библиотека факультета психологии МаГУ проявляться) принадлежит американскому психологу Генри А. Мюррею [54, с. 250]. Создание теоретической концепции проекции в применимом для исследования личности виде обусловило бурное развитие проективных методик, которые в настоящий момент занимают видное положение в психодиагно- -стической практике. Тестирование с помощью проективных методов имеет следующие наиболее общие особенности. В методиках используется неоднозначный, слабоструктурированный стимульный материал, допускающий большое число вариантов восприятия и интерпретации. При этом предполагается, что чем слабее структурирован стимульный материал, тем выше степень проекции: «Субъект, поглощенный попытками интерпретировать вроде бы ничего субъективно не значащий материал, не замечает, как раскрывает свои волнения, страхи, желания и тревоги. Таким образом, значительно снижается сопротивление при раскрытии личных, иногда очень болезненных проблем» [305, с. 85]. Для преодоления сопротивления инструкция испытуемому дается без раскрытия истинной цели, а сама процедура тестирования нередко проходит в игровой форме. Для испытуемого, как правило, нет ограничений в выборе ответов, и ответы не оцениваются как «правильные» или «ошибочные». Благодаря этим особенностям проективные методики нередко используются на начальных этапах психологической работы с клиентом или в начале комплексного психологического тестирования личности, поскольку позволяют установить контакт и вызвать интерес к обследованию. Немаловажным достоинством многих проективных методик является то, что ответы испытуемых не обязательно должны даваться в вербальной форме (как в случае с опросниками), а это позволяет использовать эти методики в работе и со взрослыми, и с детьми. Первая и использующаяся до сих пор классификация проективных методов принадлежит Лоуренсу К. Франку. Он предложил различать проективные методы в зависимости от характера реакций испытуемого. В современном, дополненном, виде классификация Франка выглядит следующим образом [54, с. 251]: 1. Конститутивные методы. 2. Конструктивные. 3. Интерпретативные. 4. Катартические. 5. Экспрессивные. 6. Импрессивные. 7. Аддитивные. Конститутивные методы характеризуются ситуацией, в которой от испытуемого требуется создание некой структуры из слабоструктурированного, аморфного материала, оформление стимулов, придание им смысла. Примером методик этой группы является тест Роршаха, стимульный материал которого состоит из 10 стандартных таблиц с черно-белыми и цветными симметричными «кляксами» (так называемые «пятна Роршаха») [474]. Испытуемому предлагается ответить на вопрос, на что, по его мнению, похоже каждое пятно. В зависимости от ответов обследуемого судят о его переживаниях, особенностях взаимодействия с окружением, реалистичности восприятия действительности, тенденциях к беспокойству и тревожности и др. Тест Роршаха в высокой степени удовлетворяет ориентации проективной психологии на использование нестереотипных стимулов. Стимульный материал теста Роршаха не навязывает испытуемому его ответов, в связи с чем тест является наиболее часто используемой в зарубежной психодиагностике проективной методикой. Попыткой дальнейшего развития принципа слабоструктурированности стимульно-го материала является методика «Картины облаков» В. Штерна и др., где используется напоминающий облака стимульный материал, не имеющий, в отличие от «пятен Роршаха», симметрии и четкого контура. Испытуемому предлагается самостоятельно отметить контуры и рассказать о том, что изображено на картинках. Конструктивные методы подразумевают конструирование, создание из оформленных деталей осмысленного целого. Например, стимульный материал методик «Деревня» и «Тест мира» состоит из небольших по величине предметов, количество которых в разных вариантах доходит до 300 [54]. Среди них: школа, больница, мэрия, церковь, торговые лавки, деревья, автомобили, фигурки людей и животных и т. п. Испытуемому предлагается по своему усмотрению построить из этих предметов деревню, в которой он хотел бы жить, либо некоторое пространство своего существования (по терминологии авторов – «малый мир»). Определяется подход испытуемого к конструированию макета, реалистичность его построения, близость к характерным для разных контингентов построениям и т. д. Интерпретативные методы подразумевают истолкование испытуемым какого-либо события, ситуации. Примером являются тест тематической апперцепции (ТАТ), тесты словесных ассоциаций. Стимульный материал ТАТ представляет собой набор из 30 черно-белых 153... [стр. 153 ⇒]

ДАННЫЕ ДЕТСКОЙ ПСИХОЛОГИИ Эксперименты и наблюдения за детьми и интерпретация данных, полученных в результате этих экспериментов и наблюдений, порой напоминают мне проективный тест, своего рода пятна Роршаха, на которые взрослый исследователь проецирует свою собственную враждебность. Отовсюду мы слышим рассуждения о присущем детям эгоизме, об их деструктивности, и, как это ни печально, большая часть исследований посвящена именно этим характеристикам ребенка. Складывается впечатление, что мы просто не в состоянии согласиться с тем, что ребенок добр, дружелюбен, способен к сочувствию и сотрудничеству. Ученые крайне редко обращают свое внимание на детскую доброту, исследований позитивных составляющих детства так мало, что они порой остаются вовсе незамеченными. Порой создается впечатление, что психологи и психоаналитики могут рассуждать о ребенке только как о чертенке, как о существе, изначально порочном, злобном и агрессивном. Но столь мрачная картина, конечно же, не отражает реального положения дел. К сожалению, приходится констатировать вопиющую нехватку... [стр. 115 ⇒]

СВОБОДНЫЕ АССОЦИАЦИИ КАК САМОВЫРАЖЕНИЕ Дифференциация поведения на два класса поможет нам лучше понять процесс свободных ассоциаций. Если вы следом за мной придете к выводу, что свободные ассоциации - по сути своей экспрессивный феномен, вы поймете, в чем причина действенности этого метода. Если задуматься, то вся эта глыба психоанализа, огромное количество теорий, созданных на его основе, и методик, рожденных им, держится на единственной процедуре - на методе свободных ассоциаций. В связи с этим кажется просто невероятным, что эта процедура так плохо изучена. Исследований по этой проблеме практически не проводится, она так и не стала предметом серьезного научного обсуждения. Мы знаем, что свободные ассоциации приводят к катарсису и инсайту, но до сих пор можем лишь гадать, отчего так происходит. Для начала обратимся к проективным тестам, таким как тест Роршаха, поскольку они являют собой наглядный и всем известный образец экспрессии. Образы, о которых сообщает пациент в процессе тестирования, не имеют целью решить какуюто проблему, они просто отражают его взгляд на мир. Поскольку экспериментальная ситуация почти не структурирована, и потому мы можем быть уверены в том, что образы, сообщаемые пациентом, почти всецело детерминированы структурой его характера и почти совсем не детерминированы требованиями внешней ситуации. Отсюда мы можем заключить, что имеем дело с актом экспрессии, а не преодоления. Именно поэтому, на основании содержания этих образов, мы вправе делать выводы о характере пациента. Мне кажется, что метод свободных ассоциаций несет в себе тот же смысл и может быть использован в тех же целях, что и тест Роршаха. Метод свободных ассоциаций, так же как тест Роршаха, наилучшим образом работает в неструктурированной ситуации. Если мы согласимся, что в основе свободы свободного ассоциирования лежит отказ от диктата внешней реальности, реальности, которая требует от человека подчинения сиюминутной конкретике, законам физического, а не психического мира, то мы поймем, почему проблема адаптации с такой обязательностью навязывает индивидууму целеполагание. Проблема адаптации активизирует и делает насущными те возможности организма, которые помогают ему преодолеть требования насущного. Насущное становится организационным принципом, в соответствии с которым разнообразные возможности организма актуализируются именно в той последовательности, которая единственно возможна и необходима для решения этой внешней задачи. Говоря о структурированной ситуации, мы имеем в виду ситуацию, логика которой предопределяет и направляет реакции организма. Совсем другое дело неструктурированная ситуация. В неструктурированной ситуации внешняя реальность не столь важна, не столь значима для организма. Она не предъявляет к организму ясно выраженных требований, не указывает ему на единственно возможный, единственно "правильный" ответ. Именно в этом смысле неструктурирован тест Роршаха, все реакции организма в данном случае равновозможны и одинаково верны. Проблема, встающая перед испытуемым, разглядывающим пятна Роршаха, прямо противоположна проблеме студента,... [стр. 136 ⇒]

Восхищение и любовь самоактуализированного человека не преследуют никаких целей и не требуют вознаграждения; человек переживает их идеографически (6), как состояние ради состояния, только ради переживания, роскошного и одновременно конкретного, переживает одухотворенно, в том восточно- религиозном духе, о котором говорил Нортроп (361). Восхищение ничего не просит от человека, ничего не требует и ничего не получает. Оно непреднамеренно и бесполезно, оно скорее пассивно- рецептивно, нежели активно- наступательно. В чем- то оно подобно состоянию даосской созерцательности. Созерцающий человек, ощутив трепет восхищения, никак не влияет на него, скорее само переживание изменяет человека. Восторженный человек смотрит на мир взглядом наивного ребенка, не пытаясь оценить его, не стремясь найти ему применение, не критикуя и не восхваляя его; он заворожен открывшимся ему чувственным опытом, поглощен своим переживанием, он уступает ему, позволяя вершить свой произвол. Это состояние можно сравнить с той охотной безвольностью, которая охватывает купальщика, покачиваемого легкой волной, или с трепетным восторгом, смешанным с безличным интересом, которое охватывает нас, когда мы наблюдаем, как заходящее солнце медленно расцвечивает облака над горизонтом. Мы ничего не требуем от заката, не в силах повлиять ни на него, ни на рожденный им душевный трепет. В этом смысле наше восприятие свободно от личностных проекций, мы не вкладываем в него свои бессознательные желания и стремления, мы не пытаемся придать ему форму, как делаем это, глядя на пятна Роршаха. Переживание не служит для нас условным сигналом и не становится символом, потому что за ним не стоит никакого подкрепления или вознаграждения. Оно не связано с хлебом, молоком, не связано с удовлетворением других базовых потребностей. Можно наслаждаться картиной, не воруя ее из музея, любоваться розой, не срывая ее с куста, восторгаться младенцем, не похищая его у матери, слушать пение соловья, не сажая его в клетку. Таким же невмешательным образом человек может любоваться и наслаждаться другим человеком, не утверждая своего господства над ним. Разумеется, есть и иные стремления, заставляющие двух индивидуумов любить друг друга, но благоговейное восхищение, по- видимому, главнейший компонент любви. Признание этого факта влечет за собой ряд последствий, важнейшее из которых связано с тем, что наше наблюдение идет вразрез с большинством теорий любви. Очень многие теоретики в своих рассуждениях о любви исходили из того, что люди скорее обречены на любовь, нежели увлечены ею. Так, Фрейд (138) говорит о запрете на сексуальное поведение, Рейк (393) толкует об энергии вытесненного желания, и еще целый ряд авторов говорит о неудовлетворенных потребностях, вынуждающих человека поддаваться самообману, влюбляться в выдуманный образ партнера. Однако если рассматривать самоактуализированного индивидуума, то совершенно очевидно, что он влюбляется так же, как мы реагируем на великую музыку - распахиваясь навстречу своему переживанию, с восторгом и трепетом ощущая, как она заполняет его душу. Такое восприятие музыки непреднамеренно, человек не ставит перед собой цели преисполниться музыкой. В одной из своих лекций Хорни определила здоровую любовь как способность воспринять другого человека per se, в его уникальной целостности, воспринять его как цель, а не как средство достижения цели. Такое восприятие можно назвать восхищенным, оно полно обожания, жажды познания, оно свободно от стремления использовать партнера. Очень хорошо сказал об этом Святой Бернард: "Любовь не ищет смысла, кроме того, что заключен в ней самой, любви нет причины, как нет ей предела; она... [стр. 178 ⇒]

Среди тестов следует различать стандартизированные и нестандартизированные, причем первые имеют разное назначение: тесты успешности (шкала оценок знаний) бланковых типов, широко распространяемых в процессе обучения, тесты интеллекта, среди которых имеются не только преследующие цель прямого определения умственной одаренности, но и ориентированные на выяснение уровня и структуры интеллекта (вербального и невербального, общего), тесты профессиональной пригодности или профессиональной трудоспособности, видоизменяющиеся в зависимости от профессиографических профилей. В целях психодиагностики свойств личности, ее характерологических черт и мотивов деятельности чаще применяются прожективные тесты (например, «пятна» Роршаха и др.). Существующая техника обработки данных прожективных тестов еще очень несовершенна и не исключает возможности субъективистских толкований, особенно в психоаналитическом или транзактном духе. Однако усовершенствование прожективных тестов и построение объективных систем оценок их результатов вполне возможны и будут способствовать развитию психодиагностики. В качестве психодиагностических средств могут быть использованы психомоторные испытания (например, тесты Н. Озерецкого или бразильского психолога Мира Лопеца), психовегетативные пробы (особенно кожно-гальванической реактивности, потоотделения, измерения артериального давления при различных физических и умственных нагрузках и т.д.). Благодаря успехам советской психофизиологической школы Б.М. Теплова вводится в систему психодиагностических средств много ценных функциональных проб или тестов нейродинамических свойств человека (силы возбудительного и тормозного процессов, подвижности, динамичности и т.д.). В этих же целях используется нейрохронометрия, разрабатываемая Е.А. Бойко и его сотрудниками. Создание единой системы современной психодиагностики – актуальная задача 104... [стр. 104 ⇒]

Такие ответы говорят о наиболее глубоких индивидуальных реакциях человека, которые отражаются и на его внешней активности, и на связях с людьми. Чем больше в протоколе сюжетов, связанных с движением человека, тем больше индивид незауряден в своих действиях и мышлении. Люди, не видящие движения, обычно мало самостоятельны, круг их интересов достаточно узок. Некоторые специалисты считают, что ответы, в которых видится движение человека, говорят об интересе к людям и способности сопереживать им. Таким образом, нами учитывались величина продукции (число ответов на все десять пятен), ее оригинальность (число ответов, встречающихся один-два раза на 100 протоколов) и число ответов, связанных с движением человека. Эти показатели свидетельствовали о творческих потенциях личности. Анализируя ответы на пятна Роршаха, можно судить также об уровне эмоциональности личности, о ее характере, о способах решения проблемы и, что особенно важно, о причинах, мешающих реализации творческих способностей. Наряду с методом Роршаха в исследовании использовались некоторые вопросники, определяющие такие свойства личности, как общительность, эмоциональность, степень тревожности, самостоятельность и самобытность, самоконтроль и некоторые другие (методики Р. Кэттелла, Г. Айзенка, К. Леонгарда). Для определения степени работоспособности и характера мотиваций применялся цветовой тест Люшера. Данные психологического обследования сравнивались с показателями успешности обучения по оценке педагога, ведущего курс, с результатами зачетных показов и с успешностью выполнения отдельных творческих заданий. Для того чтобы на основании ответов на пятна Роршаха судить о творческой одаренности человека, надо учитывать и всю совокупность ответов, и количественное соотношение между ними. Не менее важен и качественный анализ отдельных соотношений. Общее число ответов говорит нам об активности работы воображения, о богатстве образов, которыми человек оперирует в своем опыте, о разнообразии его ассоциаций и легкости управления ими. Число ответов на последние три цветные карты говорит о влиянии эмоциональных воздействий на интеллектуаль5... [стр. 60 ⇒]

С помощью этой техники ребенок побуждается отвечать на вопрос о том, каким он себя видит. Он, например, может сказать, услышав какую-нибудь характеристику: «Да, это точно, я такой, всё верно» или «Нет, это совсем на меня не похоже», или «Ну, кое-что здесь правда», или «Иногда с некоторыми людьми я бываю таким, а с другими нет». Всё это позволяет не только продолжить дискуссию, но также дает ребенку ощущение поддержки в результате того, что он приобретает способность давать самому себе определенные характеристики. Приобретение навыка отвергать неадекватные определения служит одной из важнейших составляющих этого процесса. Детский апперцептивный тест. Я прошу ребенка рассказать какую-нибудь историю о картинке, входящей в состав теста, а затем работаю с ней точно так же, как работаю с другими историями. Тематический апперцептивный тест. Этот тест особенно полезен при работе с подростками. Я прошу подростка рассказать, что происходит на картинке, а потом мы вместе работаем над этим рассказом. Иногда я записываю ответы, достаю руководство и читаю, что означает согласно этому руководству каждый из данных мне ответов. Я спрашиваю ребенка, как он думает, справедлива ли такая трактовка, предварительно объяснив ему, что руководство далеко не всегда право. Например, я могу сказать: «В руководстве сказано, что твое описание этой картинки позволяет считать, что ты сексуально привлекательна для взрослых мужчин или что у тебя есть желание убить собственную мать». Подросток, которому всё это кажется абсолютной чушью, как правило, втягивается в очень оживленную дискуссию со мной (а мне эти трактовки зачастую тоже представляются чушью) по поводу своего отношения к такого рода интерпретациям. Тест «Нарисуй человека» и тест «Дом - дерево - человек». После того как рисунок сделан, я беру руководство и читаю ребенку интерпретации, с которыми он может быть согласен или не согласен. Если это оказывается необходимым, я стараюсь перевести интерпретации на доступный ребенку язык. «Расскажи историю по картинке». Я использую этот тест только как терапевтическую методику и прошу ребенка рассказать его собственную историю. Действия, стили и символы кинетических рисунков семьи. В этом тесте ребенка просят нарисовать его семью, занятую каким-нибудь делом. Этот тест я использую точно так же, как другие тесты с рисунками, или же читаю ребенку интерпретацию, предлагаемую руководством, чтобы выяснить, согласен он с нею или нет. Тест Роршаха. Я прошу ребенка рассказать, что он видит в пятнах Роршаха, и потом работаю с тем, что он мне рассказал точно так же, как я работала бы с любыми другими фантазиями. Я могу попросить его придумать какую-нибудь историю, побыть кем-нибудь, кого он увидел в пятнах, устроить диалог между различными частями изображения и т. д. Такие же симметричные цветные пятна можно сделать самому, используя обычные пищевые красители. Выдавите, накапайте или брызните красители нескольких цветов на листок бумаги, сложите его пополам и аккуратно сожмите половинки. Затем разверните листок и у вас получатся собственные цветные пятна, в которых можно усмотреть что угодно. Цветовой тест Люшера. Этот тест очень нравится подросткам. Они выбирают те цвета, которые нравятся им больше всего, а я зачитываю им интерпретации, для того чтобы выяснить, согласны ли они с ними. Тест руки. В этом тесте предлагается огромное количество изображений руки в различных позициях-достающей, сжимающей и т. д. Человек предлагает свои версии того, что рука делает. Этот тест очень хорош для придумывания разных историй. Мы можем потом развивать ту или иную историю или обсуждать впечатления, оценивать характеристики, которые, судя по руководству, присущи данному человеку. Тест «Неоконченные предложения». Работа над ответами на этот тест очень продуктивна с терапевтической точки зрения. Тест Тейлора Джонса - анализ темперамента. Тест предполагает самооценку в терминах многочисленных полярных определений: нервный - спокойный, мрачный - светлый и т. д. Эта методика предполагает работу с полученным в результате тестирования профилем. Очень часто я возвращаюсь к исходным самооценкам, чтобы получить дополнительную реакцию. Анкетный тест Муни. Это один из наиболее ценных тестов для работы с детьми старшего возраста и подростками. Тест включает 210 положений, касающихся проблем детей среднего и старшего возраста (кроме того, есть вариант для подростков, обучающихся в колледже). Я читаю эти положения и прошу ребенка ответить «верно» или «неверно» либо просто «да» или «нет». Положения изложены в определенном порядке, от «У меня часто болит голова» до «Я стыжусь того, что сделал». При этом дети никогда не упускают возможность ответить по существу на каждый из поставленных вопросов; они рассказывают мне многое, о чем никогда не рассказывали до того. После того как тест пройден, мы возвращаемся к нему, чтобы проработать некоторые ответы. [стр. 83 ⇒]

Деноминализация депрессии Сначала мы кратко расскажем о том, что коллективно делают люди, чтобы чувствовать себя подавленными. Если мы опишем приводящие к депрессии стратегии в терминах НЛП, то предлагаемые нами решения станут более понятными. Большинство из этих решений описывались тысячелетиями. Трудность состоит в том, чтобы заставить людей прекратить делать те вещи, которые не работают, и начать делать то, что принесет результаты. Убеждая себя в невозможности изменений, депрессивная личность использует все тот же стиль мышления, который приводит к депрессии. В сущности, депрессию можно определить как убеждение, которое человек не может или не должен изменить! Профессор психологии Мартин Селигман называет это убеждение «постоянным всеобъемлющим объяснительным стилем» (Seligman, 1991). Он считает его частью структуры «приобретенного пессимизма». Это является самой первой трудностью при работе с депрессивной личностью, а также причиной, по которой метафора «один человек лечит другого» не подходит для помощи личности в том, чтобы вновь обрести счастье. Майкл Япко, применяющий методы Эриксона, описывает депрессию как результат влияния двух факторов. Первый — это стиль мышления, который включает постоянный всеобъемлющий объяснительный стиль. Второй — это жизнь. Конечно же, жизнь очень трудно поддается определению в смысле номинализаций, и дальше общего определения «жизнь» продвинуться нельзя. Япко сравнивает жизнь с гигантским чернильным пятном Роршаха. Она настолько неопределенна, что можно увидеть и прочесть все что угодно. Если вы разделите историю свой жизни на определенные отрезки, то сможете доказать, что все в жизни случается к лучшему. Разделив жизненные события... [стр. 127 ⇒]

Тест «Нарисуй человека» и тест «Дом — дерево — человек». После того как рисунок сделан, я беру руководство и читаю ребенку интерпретации, с которыми он может быть согласен или не согласен. Если это оказывается необходимым, я стараюсь перевести интерпретации на доступный ребенку язык. «Расскажи историю по картинке». Я использую этот тест только как терапевтическую методику и прошу ребенка рассказать его собственную историю. Действия, стили и символы кинетических рисунков семьи. В этом тесте ребенка просят нарисовать его семью, занятую каким-нибудь делом. Этот тест я использую точно так же, как другие тесты с рисунками, или же читаю ребенку интерпретацию, предлагаемую руководством, чтобы выяснить, согласен он с нею или нет. Тест Роршаха. Я прошу ребенка рассказать, что он видит в пятнах Роршаха, и потом работаю с тем, что он мне рассказал точно так же, как я работала бы с любыми другими фантазиями. Я могу попросить его придумать какую-нибудь историю, побыть кем-нибудь, кого он увидел в пятнах, устроить диалог между различными частями изображения и т. д. Такие же симметричные цветные пятна можно сделать самому, используя обычные пищевые красители. Выдавите, накапайте или брызните красители нескольких цветов на листок бумаги, сложите его пополам и аккуратно сожмите половинки. Затем разверните листок и у вас получатся собственные цветные пятна, в которых можно усмотреть что угодно. Цветовой тест Люшера. Этот тест очень нравится подросткам. Они выбирают те цвета, которые нравятся им больше всего, а я зачитываю им интерпретации, для того чтобы выяснить, согласны ли они с ними. Тест руки. В этом тесте предлагается огромное количество изображений руки в различных позициях—достающей, сжимающей и т. д. Человек предлагает свои версии того, что рука делает. Этот тест очень хорош для придумывания разных историй. Мы можем потом развивать ту или иную историю или обсуждать впечатления, оценивать характеристики, которые, судя по руководству, присущи данному человеку. Тест «Неоконченные предложения». Работа над ответами на этот тест очень продуктивна с терапевтической точки зрения. Тест Тейлора Джонса — анализ темперамента. Тест предполагает самооценку в терминах многочисленных полярных определений: нервный — спокойный, мрачный — светлый и т. д. Эта методика предполагает работу с полученным в результате тестирования профилем. Очень часто я возвращаюсь к исходным самооценкам, чтобы получить дополнительную реакцию. Анкетный тест Муни. Это один из наиболее ценных тестов для работы с детьми старшего возраста и подростками. Тест включает 210 положений, касающихся проблем детей среднего и старшего возраста (кроме того, есть вариант для подростков, обучающихся в колледже). Я читаю эти положения и прошу ребенка ответить «верно» или «неверно» либо просто «да» или «нет». Положения изложены в определенном порядке, от «У меня часто болит голова» до «Я стыжусь того, что сделал». При этом дети никогда не упускают возможность ответить по существу на каждый из поставленных вопросов; они рассказывают мне многое, о чем никогда не рассказывали до того. После того как тест пройден, мы возвращаемся к нему, чтобы проработать некоторые ответы. Тест-басня Десперта. Каждая басня всегда посвящена какой-то проблеме; в ней есть конфликт или какая-то критическая ситуация. Вот пример. Птичка-мама, птичка-папа и их маленький птенец спят в гнезде на ветке. Но неожиданно поднялся сильный ветер; он сдул гнездо, и оно упало на землю. Три птички 112... [стр. 112 ⇒]

Была произведена оценка психической и эмоционально-волевой сфер: – изменение фона настроения и эмоций. Был произведен словесный опрос изменения фона настроения испытуемых и возникающих эмоций после просмотра каждого из блоков видеоизображений [3, 8–10]; – тест на изменение воображения (пятно Роршаха) (рисунок 2) [3, 7]; – тест на определение мнестической функции (тест на запоминание цифр) [3, 8, 9]. [стр. 151 ⇒]

Единственное педагогическое воздействие, которое временно спасает, — это н а к а з а н и е и л и в ы г о в о р , после чего д е т и на к а к о е - т о в р е м я с т а н о в я т с я с д е р ж а н н е е , и их поведение н а ч и н а е т соответствовать т р е б о в а н и я м в з р о с л ы х . Но т а к о г о рода п е д а г о г и ч е с к о е в о з д е й с т в и е скорее усил и в а е т особенности т а к и х детей и ни в к о е й мере не способствует и х п е р е в о с п и т а н и ю и л и с т о й к о м у изменению поведения к лучшему. Опрос у ч а щ и х с я с н а р у ш е н и я м и в п о в е д е н и и показал, что «большинство из н и х постоянно подвергаются н е с п р а в е д л и в о м у о б р а щ е н и ю , в е р б а л ь н о й а г р е с с и и со стороны педагогов и у н и ж е н и ю их л и ч н о г о достоинства» ( И . Ф у р м а н о в , 1996). А р с е н а л п с и х о л о г и ч е с к и х т е х н и к , к о т о р ы м владеет ш к о л ь н ы й п с и х о л о г , т а к ж е весьма о г р а н и ч е н и не реш а е т эту проблему к о м п л е к с н о . К а к п р а в и л о , психолог работает в р а м к а х тестового м а т е р и а л а (Розенцвейг, пятна Роршаха,... [стр. 8 ⇒]

Введение Агрессия — (от лат. «agressio» — нападение, приступ) - это мотивированное, деструктивное поведение, противоречащее нормам и правилам существования людей в обществе, наносящее физический вред объектам нападения (одушевленным и неодушевленным), а также моральный ущерб живым существам (негативные переживания, состояние напряженности, подавленности, страха и т.п.). (Психологический словарь, 1997.) Тема агрессии всегда вызывала интерес психологов. Данной теме посвящено много фундаментальных теоретических исследований, систематизирующих знания о причинах возникновения агрессивного поведения (Р. Бэрон, Д. Ричардсон, А Берковитц, А. Бандура, Реан и др.), но, при этом, недостаточно психологической литературы, содержащей практические рекомендации по коррекции агрессии, а также закреплению навыков конструктивного поведения. Проблема агрессивного поведения детей весьма актуальна в наши дни. Учителя в школе отмечают, что агрессивных детей становится с каждым годом все больше, с ними трудно работать, и, зачастую, учителя просто не знают, как справиться с их поведением. Единственное педагогическое воздействие, которое временно спасает, — это наказание или выговор, после чего дети на какое-то время становятся сдержаннее, и их поведение начинает соответствовать требованиям взрослых. Но такого рода педагогическое воздействие скорее усиливает особенности таких детей и ни в коей мере не способствует их перевоспитанию или стойкому изменению поведения к лучшему. Опрос учащихся с нарушениями в поведении показал, что «большинство из них постоянно подвергаются несправедливому обращению, вербальной агрессии со стороны педагогов и унижению их личного достоинства» (И. Фурманов, 1996). Арсенал психологических техник, которым владеет школьный психолог, также весьма ограничен и не решает эту проблему комплексно. Как правило, психолог работает в рамках тестового материала (Розенцвейг, пятна Роршаха, несуществующее животное и т.д.). В целях канализации агрессии и мышечной релаксации агрессивному ребенку чаще всего предлагается регулярно «бить грушу» или рвать бумагу. Последнее время детей, которые обнаруживают в своем поведении элементы агрессии, стало модно высаживать на «стул размышления», который находится за партами учеников, и тем самым «агрессор» лишается зрителя. В традиционном случае «нарушитель» дисциплины простаивает в углу или за дверью класса. Взрослые не любят агрессивного поведения детей. Подобные дети их раздражают, и разговор о них, как правило, ведется в осуждающих терминах: «грубиян», «нахал», «отвратительный», «дрянь», «хулиган» — такие ярлыки достаются всем агрессивным детям без исключения, причем не только в школе, но и дома. А, между тем, наблюдение агрессивных детей и работа с ними привели автора к выводу, полностью совпадающему с мнением известного австралийского психотерапевта В. Оклендер: «Я воспринимаю ребенка, который обнаруживает деструктивное поведение, как человека, которым движет чувство гнева, отверженности, тревоги, незащищенности, обиды... У него часто отмечается низкая самооценка. Он не способен, или не хочет, или боится выразить то, что он чувствует, иным способом, потому что, если он, это сделает, он может утратить силу, лежащую в основе агрессивного поведения. Он чувствует, что это единственный путь, способствующий выживанию.» (В. Оклендер, 1997). Практическое руководство адресовано практическим психологам и социальным педагогам, воспитателям, работающим с агрессивными детьми. Оно содержит систему психологических приемов и техник, выстроенных в рамках конкретных направлений... [стр. 5 ⇒]

Однако эти утверждения, как правило, базируются на недостаточном числе наблюдений и поэтому достоверными признаны быть не могут. Большое значение ряд исследователей придают влиянию микрогруппы, установившимся в микрогруппах эталонам внешности, а также насмешкам лиц противоположного пола. Насмешки окружающих по поводу некоторой полноты (если она есть) становятся основой для образования сверхценной, а затем и бредовой системы в пубертатном периоде, но не вызывают такой реакции у детей [Коркина М. В., 1967]. Известно, что незрелая личность подростка сравнительно легко травмируется, и в подростковом возрасте легко развиваются психогенные реакции (включая ятрогении) и деформации личности, связанные с неправильным воспитанием, причем эти реакции и изменения склонны к фиксации. Существует мнение [Ковалев В. В., 1969], что нервная анорексия является одной из форм психогенных реакций у подростков. В последние годы можно отметить определенный интерес к экспериментальнопсихологическому изучению особенностей личности больных анорексией. Так, Н. Hiltmann (1965), обследовав 16 больных в возрасте от 13 до 17 лет, выявил у них «направленность только на определенные жизненные сферы», а также «ограниченность мышления». Кроме того, автор обнаружил у этих лиц «повышенную способность к сверхценным образованиям и высокий коэффициент умственного развития». A. Gallwitz (1965) экспериментально доказал расстройство восприятия тела у больных анорексией (были проведены эксперименты с фотографиями). P. Slade (1973), проведя антропопсихологическое обследование 14 больных, пришел к выводу, что больные «видят себя более полными, чем есть на самом деле», т. е. неправильно (по сравнению с лицами контрольной группы) воспринимают схему своего тела. Так или иначе, восприятие собственного тела у больных анорексией, по-видимому, изменено, и это дало возможность указанным выше авторам поддерживать теорию Н. Bruch о значении нарушения схемы тела в развитии нервной анорексии. Заслуживает внимания и то, что больные неправильно «воспринимают размеры не только своего тела, но и окружающих» [Slade P., 1973; Touyz S. et al., 1984]. A. Theilgaard (1965) провел психологическое обследование 36 больных с помощью теста Роршаха, ассоциативного и тематического апперцептивного теста (ТАТ). По результатам автор делит всех больных на 3 группы: обсессивно-компульсивные; истерические; стоящие на грани психоза (обычно параноидного). По наблюдениям автора, большинство больных отличаются высоким интеллектом. Почти у всех больных в ответах фигурировала тема пищи (автор пишет: «Все пятна Роршаха воспринимались как иллюстрации к поваренной книге»). S. Theander (1970) провел психологическое обследование 78 больных, уделяя особое внимание адаптивным механизмам, темпераменту и интересам. Однако автор проводил эти обследования на разных этапах заболевания и лечения, и какого-либо окончательного заключения он не делает. Таким образом, причины нервной анорексии довольно сложны и представляют собой переплетение психогенных и биологических факторов [Ушаков Г. К., 1971, 1978; Личко А. Е., 1979]. К последним относятся особенности преморбидной личности, раннее половое созревание. Психогенный фактор имеет вид условно-патогенной травмы, наносящей удар по чувствительному месту сензитивной личности — оценке внешности окружающими. Это приводит к отказу от пищи [Личко А. Е., 1979]. Одним из важных аспектов нервной анорексии остается ее нозологическая принадлежность. В отличие от более ранних работ в исследованиях последнего времени нервная анорексия редко связывается с первичными эндокринными расстройствами... [стр. 11 ⇒]

Hiltmann обнаружил у этих лиц «повышенную способность к сверхценным образованиям и высокий коэффициент умственного развития»  A. Gallwitz экспериментально доказал расстройство восприятия тела у больных анорексией (были проведены эксперименты с фотографиями)  P. Slade, проведя антропопсихологическое обследование, пришел к выводу, что больные «видят себя более полными, чем есть на самом деле», т. е. неправильно воспринимают схему своего тела.  больные неправильно «воспринимают размеры не только своего тела, но и окружающих».  A. Theilgaard: в ответах фигурировала тема пищи: «Все пятна Роршаха воспринимались как иллюстрации к поваренной книге»... [стр. 18 ⇒]

Абрахам Маслоу. Самоактуализирующиеся люди <...> Как показало общение со студентами и другими людьми понятие самоактуализации превратилось в подобие пятна Роршаха: оно часто больше говорит об использующем его человеке, чем о предмете. Мне хотелось бы рассмотреть некоторые аспекты природы самоактуализации – не абстрактно, а с точки зрения операционального смысла процесса самоактуализации. Что означает самоактуализация в каждый конкретный момент? Мои обобщения выросли из отбора мною людей определенных типов. Люди, отобранные для исследования, были пожилыми; они прожили значительную часть своей жизни и достигли заметного успеха. <...> В процессе холистического анализа общих впечатлений можно выделить следующие характеристики самоактуализирующихся людей для их дальнейшего клинического и экспериментального изучения: восприятие реальности, принятие, спонтанность, центрирование на проблеме, склонность к уединению, автономия, свежесть восприятия, пиковые переживания, человеческое родство, скромность и уважение к окружающим, межличностные отношения, этика, средства и цели, чувство юмора, креативность, сопротивление приобщению к культурным нормам, несовершенства, ценности и разрешение противоречий. <...> Самоактуализирующиеся люди способны стоически принять свою человеческую природу со всеми ее недостатками, несовершенствами и несоответствием идеалам, не ощущая при этом особого беспокойства. Иногда может создаться ложное впечатление самодовольства. Однако более правильной представляется точка зрения, что они способны принять все изъяны, грехи и слабости, свойственные человеческой природе, так же спокойно, как принимают природные явления. <...> Самоактуализирующиеся люди склонны к спонтанному поведению, а их внутренние проявления, мысли и побуждения отличаются еще большей спонтанностью. Их поведение отличается простотой и естественностью, им чужды наигранность и попытки произвести эффект. <...> Система жизненных ценностей самоактуализирующихся людей основывается на их философском принятии себя, человеческой природы, 13... [стр. 13 ⇒]

Анализ имеющихся данных показывает, что к числу таких параметров относятся электрические потенциалы мозга, которые могут регулироваться ,на неосознаваемом уровне (имеется в виду перестройка ЭЭГ под влиянием навязанных ритмов) и вместе с тем, как показали исследования последнего времени, поддаются произвольной регуляции при наличии элементарной обратной связи [2; 3; 10; 11; 12]. Сопоставление особенностей осознаваемой и неосознаваемой регуляции электрической активности мозга в процессе выполнения различных заданий и составляет основное содержание настоящей работы. В качестве объекта для произвольной регуляции была выбрана амплитуда и энергия бета-ритма, в качестве "внешнего", непроизвольного регулятора бетаритма - навязывание световых мельканий в области высоких частот. Полученные данные сопоставлялись с некоторыми показателями стиля интеллектуальной деятельности, полученными при решении задач творческого типа. В опытах приняло участие 62 испытуемых, работников умственного труда з возрасте от 18 до 50 лет, 45 мужчин и 17 женщин. Запись ЭЭГ производилась на 16-ти канальном электроэнцефалографе "ЭЭГ 16-06". Частотный анализ осуществлялся с помощью анализатора "Гамма". Регистрировалась монополярно ЭЭГ лобной и затылочной области левого и правого полушария с индифферентным электродом на мочке уха. Испытуемый регулировал амплитуду ритма "бета-2". Слуховая обратная связь осуществлялась с помощью звукового сигнала, автоматически появлявшегося в том случае, если амплитуда бета-ритма данного испытуемого равнялась или превышала величину 2/3 его фоновой ритмики. Появление звука отмечалось лисчиком на ленте прибора. Произвольная регуляция ритма осуществлялась по инструкции экспериментатора посте соответствующей тренировки испытуемого и готовности его к выполнению задания. В течение опыта от испытуемого требовалось "активировать" и "подавлять" ритм в течение минуты по три раза. Навязывание световых мельканий (15-35 имп./сек.) проводилось в том же опыте при помощи фото-стимулятора "PC-102". Для исследования интеллектуальной деятельности использовались абстрактные стимулы (пятна Роршаха, цветной, стандартизированный вариант) и задачи "открытого типа", т. е. задачи, позволяющие испытуемому проявлять творческую инициативу (показателем чего служил отход от обычных приемов решения задач, оригинальный способ их решения), а также такие качества интеллектуальной деятельности, как широта категоризации, богатство идей и ассоциативных связей. Данные экспериментов подвергались корреляционному и групповому анализу. Анализ полученных материалов показал, что по способности к произвольной регуляции ритмов испытуемые разделились на четыре группы: группу "А", 411... [стр. 411 ⇒]

 — Конни отвернулась от окна. — Ты уверена, что с тобой будет все в порядке? — Не беспокойся. — Джан взяла со стола свой экземпляр сценария в папке из искусственной кожи. — Я же говорила тебе, что сказал Виццини. Пол Морган будет репетировать со мной. И они усилили охрану. — Я тебя не понимаю. — Конни покачала головой. — Весь день ты говоришь мне, что покончила с этим и не будешь к этому возвращаться, что фильм того не стоит. Но стоило только ему позвонить, и ты сразу стала прихорашиваться, не можешь дождаться, когда вернешься туда. Разве нельзя было отложить это до утра? — Мы и утром будем репетировать. — Джан взяла свою сумочку и направилась к двери. — Неужели ты не понимаешь? Это означает, что картина снимается согласно графику. Конни открыла дверь и выглянула на улицу, в сгущавшийся туман. — Идем, я провожу тебя до машины. — Да она тут, рядом… — Не договорив, Джан улыбнулась. — Спасибо, дорогая, я ценю твою заботу. — Не важно. Конни проследила за тем, как Джан села за руль и включила зажигание, после чего крикнула, стараясь перекричать шум мотора: — Обещай, что будешь осторожна! — Ты тоже. Конни кивнула. — Не волнуйся, я никуда не уйду и никому не стану открывать, пока ты не вернешься. А если что-то случится… — Ничего не случится. Джан сняла машину с ручного тормоза и задним ходом выбралась на дорогу. Махнув напоследок Конни, закрывавшей дверь, она включила вторую передачу и поехала вниз по холму. Туман продолжал сгущаться, но Джан двигалась осторожно. Дорога была пустынной. Большинство окрестных жителей, похоже, находились дома. Родители общались друг с другом, дети смотрели телевизор. Проезжая мимо открытого гаража, Джан увидела, что внутри горит свет и какой-то мужчина с пивным животиком, в футболке, распиливает электропилой бревно на дрова. На скамье рядом с ним стояла банка пива, а рядом сидел далматин в пятнах Роршаха, [114]наблюдая за его работой. Из окна соседнего дома была слышна громкая музыка. Джан с удивлением узнала последние аккорды симфонической поэмы «Tod und Verklärung». [115] Я тебя не понимаю, сказала ей Конни. А что понимать-то? Конечно, она была напугана. А кто бы не был напуган, если какой-то псих бродит вокруг и убивает котят? Но это было минувшим вечером, и с тех пор больше ничего страшного не случилось. В наши дни часто происходит нечто подобное, сумасшедших вокруг хоть отбавляй, и, конечно, нужно быть осторожной. Только надо различать осторожность и сверхосторожность; не проведешь же всю - 143... [стр. 143 ⇒]

В теоретическом обосновании авторы исходили из положения, что превосходство человека над животными обусловлено уровнем развития человеческого мозга и человеческой руки. Перестав выполнять функцию опоры при передвижении, рука приобрела большую свободу, начала использоваться для выполнения разнообразных функций и тем самым стала вносить определяющий вклад в развитие мышления. Филогенетические и онтогенетические исследования подтверждают связь между развитием функций руки и развитием умственных способностей. Ни одна часть человеческого организма, за исключением глаз, не оказывает ему такой помощи в восприятии пространства и ориентации в нем, без чего, в свою очередь, невозможна организация любого действия. Рука непосредственно вовлечена не только во внешнюю, но и в собственную (интроспективную) активность человека. Рука помогает человеку в выполнении множества функций. Существуют факты, подтверждающие активную роль руки (наряду с глазами) даже во сне Рука осуществляет постоянный контакт с внешней средой. Она необходима для удовлетворения витальных потребностей и участвует практически во всех действиях, связанных с получением удовольствия, в том числе и в сексуальной активности. В детские годы рука - главный источник аутостимучяционных удовольствий. Рука является основным инструментом, обеспечивающим кинестетическую и тактильную обратную связь, в огромной степени участвует в формировании чувственного образа внешнего мира и, следовательно, дает человеку большую часть интериндивидуальной информации. Таким образом, логично ожидать, что проективный личностный тест в котором различные изображения руки используются в качестве визуальных стимулов, позволит выявить через описание и личностную соотнесенность предлагаемого стимульного материала многие поведенческие тенденции человека на основании его индивидуального восприятия и особенностей его эмоционального развития. Методика «Гест Рука» стоит в одном ряду с тестами Роршаха и ТАТ. Он занимает промежуточное положение по степени неопределенности стимутьного материала (изображения рук являются менее неопределенными стимутами чем пятна Роршаха, так как рука представляет собой реально существующий объект). По мнению авторов, возможности данного теста прогнозировать реальное поведение превосходят прогностическую способность теста Роршаха и 1А1, так как его ответы более тесно связаны с моторной сферой человека Между тем частота, с которой летучие мыши и бабочки видны на чернильном пятне гораздо выше частоты, с которой они встречаются в жизни. Использование рассматриваемой здесь методики вызывает гораздо меньше фантастических и гораздо больше реальных ассоциаций. Поэтому вероятность реального проявления выявленных ею тенденций к действиям или, наоборот, их отсутствия в реальном поведении, оказывается более высокой [52]. В отличие от большинства проективных техник, в которых внимание фокусируется на общей картине личности (глобальный подход к оценке личности) а не на измерении отдельных ее свойств, данная методика допускает обе эти 274... [стр. 138 ⇒]

Деятельность испытуемых обладала еще одной существенной особенностью — включала в качестве необходимого звена контроль и коррекцию. Не всякое предположение становилось законным, а лишь то, которое давало адекватное представление о картинке. Цель состояла в достижении именно адекватной гипотезы. Если в предыдущих вариантах при интерпретации того или иного изображения гипотезы могли сосуществовать друг с другом, то здесь был необходим выбор. Поэтому ответ испытуемого (особенно при предъявлении наиболее определенных картинок) заканчивался выбором субъективно наиболее «правильной» гипотезы. Это делает понятным и преобладание стандартных гипотез, и то, что редкие гипотезы возникают главным образом как промежуточный этап, а в ходе последующего анализа оттормаживаются. Исключение составляют структурно наиболее неопределенные изображения (пятна Роршаха), в отношении которых существует большая свобода в выборе ответа и где испытуемые демонстрируют большие индивидуальные различия. Тем не менее и здесь наблюдается тенденция к стандартным ответам. Формальные описания встречаются чрезвычайно редко, и, как оказалось, они тесно связаны с отношением испытуемых к ситуации эксперимента. Обратимся к анализу этих случаев. Испытуемая Ю. К заданию относится чрезвычайно заинтересованно, пунктуальна в выполнении инструкции. При описании сюжетных картинок испытуемая, анализируя и сопоставляя элементы изображения, строит предположение о сюжете или объекте изображения. Рассказ представляет собой развернутый анализ элементов изображения, включает раскрытие переживания персонажей и собственное отношение к передаваемым событиям. Однако предъявление карт Роршаха вызывает лишь формальные описания, например, такого типа: «наложение изображений, чернильная клякса, картина абстракциониста» и т. п. После эксперимента испытуемая объяснила свой «уход» тем, что «не могла понять, что изображено, а выглядеть дурой не хотелось». Испытуемый С. К эксперименту относится формально, интереса к заданиям не проявляет. Пришел на экс79... [стр. 40 ⇒]

Глава 2 Проективные методики Эти методы основаны на анализе продуктов воображения и фантазии и направлены на раскрытие внутреннего мира личности, мира ее субъективных переживаний, мыслей, установок, ожиданий. Приоритет в использовании термина «проекция» для обозначения особой группы методов принадлежит Л. Франку, выделившему ряд общих признаков у некоторых известных к тому времени и весьма заметно отличающихся друг от друга техник оценки личности [86]. Специфические особенности проективных методик уже обсуждались в части I, гл. 2. Напомним их: ♦ относительно неструктурированная задача, допускающая неограниченное разнообразие возможных ответов; ♦ неоднозначные, расплывчатые, неструктурированные стимулы, выполняющие роль своеобразного «экрана», на который испытуемый может проецировать характерные для него личностные черты, проблемы, состояния; ♦ глобальность подхода к оценке личности и, прежде всего, к выявлению ее скрытых, неосознаваемых, завуалированных сторон. Возникая, как правило, в клинических условиях, проективные методы были и остаются в основном инструментом психолога-клинициста. На их теоретических обоснованиях отразилось влияние психоаналитических концепций и перцептивных теорий личности. Проективные методы в настоящее время распространены, их число велико и продолжает увеличиваться; литература по ним обширна — по отдельным техникам число публикаций превышает 6000 [12]. Вместе с тем они продолжают оставаться излюбленной мишенью для критики. Общепринятым является мнение о недостаточной объективности проективной техники, о несоответствии многих методик требованиям, обычно предъявляемым к психодиагностическому инструментарию. Так, А. Анастази отмечает, что с точки зрения психометрики они «в подавляющем большинстве выглядят жалко» [10, т. 2, с. 182]. В числе их недостатков обычно видят отсутствие или неадекватность нормативных данных, что приводит к трудностям и субъективизму интерпретации индивидуальных результатов, когда психолог вынужден доверяться своему «клиническому опыту». Другой недостаток состоит в том, что в некоторых проективных методиках отсутствует объективность в определении показателей, часто неудовлетворительными являются коэффициенты гомогенности и ретестовой надежности. Попытки их валидизации страдают методическими недостатками либо из-за плохой контролируемости условий эксперимента, либо из-за необоснованности статистического анализа, либо из-за неверного формирования выборки. Как указывает А. Анастази [10, т. 2, с. 182], число работ, потерпевших неудачу в доказательстве какой-либо валидности таких проективных методик, как «Нарисуй человека» и «Чернильные пятна» Роршаха, поистине впечатляет. Однако, несмотря на отмеченные недостатки, популярность и статус проективных методик практически не меняются. В первую очередь это объясняется тем, что они, по признанию психодиагностов, в меньшей степени подвержены фальсификации со стороны испытуемого, чем опросники, и потому более пригодны для диагностики личности. Это преимущество проективных методов связано с тем, что их цель обычно замаскирована, и испытуемый не может угадать способы интерпретации диагностических показателей и их связь с теми или иными проявлениями личности; поэтому он не прибегает к маскировке, искажению, защитным реакциям при обследовании. Кроме того, проективные методы эффективны для установления контакта с испытуемым, в работе с маленькими детьми. Они, как правило, вызывают интерес со стороны испытуемого, который вовлекается в их выполнение. [стр. 128 ⇒]

Говоря о феномене интуиции, следует отметить, что меня с одинаковой силой привлекали как причинная индукция Милля (по законам которой проходит большая часть психической жизни), так и иррациональная, "темная" интуиция Мелвилла вместе взятые, сосуществование внешнего и внутреннего миров, которые вполне способны на дружбу между собой. Почему бы в жизни человеку не быть одновременно интеллектуальным и романтичным? Почему бы не смотреть на мир глазами критика и любовника? Почему бы не являться одновременно танцором и танцем - отвечая на вопрос Йейтса[6]? [6] Йейтс Уильям (1865-1939) - ирландский поэт и драматург. Последний из стансов поэмы У.Б.Йейтса "Среди школьников" ("Among School Children") звучит следующим образом: О chestnut tree, great-rooted blossomier, Are you the leaf, the blossom, or the bole? О body swayed to music, о brightening glance, How can we tell the dancer from the dance?- Примеч. автора. (Цветущий, много видевший каштан, Ты есть листва, цветы, иль ствол в обхвате О тело, что влекомо музыкой, о взор, В той пляске, где неразличим танцор. Пер. А.Моховикова). Не получить ли два удовольствия сразу - от разиньки и трески за трапезой жизни? ("Да, вот еще: что закажете на завтрак, разиньку или треску? - И то и другое, - ответил я. - И вдобавок пару копченых селедок для разнообразия". - "Моби Дик", гл. 15*). * Здесь и далее в книге ссылки на роман Г.Мелвилла "Моби Дик" даны по изданию: Мелвилл Г. Моби Дик, или Белый Кит // Собр. соч.: В 3 т. Л.: Худож. лит., 1987. Т.1. - Примеч. редактора. Таким образом, всегда стараясь оставаться "здравомыслящим человеком", я все же не стал бы a priori недооценивать плодотворную роль иррациональной любви, родительской или сыновней преданности, переноса и контрпереноса, патриотизма, Бетховена, Мел-вилла, словом, - "интуиции". Естественно, в этих обширных рамках не остается ни дюйма места для глупых идей вроде френологии, астрологии, гематрии, агиологии, хиромантии, креационизма, непорочного зачатия, загробной жизни или карт Таро. Как бы я ни восхищался Бруно Клопфером, как бы ни любил его (эти чувства с течением времени лишь крепли), но еще более, чем пятна Роршаха, меня привлекал ТАТ Генри Мюррея. С самого начала он стал моей любимой экспериментально-психологической методикой, которая имеет вполне определенное отношение к историям, повествованиям, сюжетным линиям, сценариям, фабулам, сочинениям на заданную тему, рукописям. Напоминая новеллы, она оказывается довольно близкой к образцам изящной словесности. Если тест Роршаха предоставлял примеры образных стилей восприятия субъекта, то ТАТ являлся настоящим раем для исследования его психодинамики, особенно ярко освещая невротические проявления в межличностном общении. Ключом всегда является тема. Однажды, когда я использовал ТАТ в качестве инструмента исследования, мне пришла в голову идея отделить фигуры от фона и позволить испытуемому самому выбрать фигуры, помещая их (в любых сочетаниях) в фон, а после этого рассказать историю о той ситуации, которую отчасти он сам и создал. В тот вечер я разработал тест "Составь рассказ в картинках" (Make-A-Picture-Story MAPS). Я составил список из 21 варианта фона (гостиная, улица, медицинское учреждение, ванная комната, сновидение, мост, спальня, лес, пещера, кладбище и т.д.), а затем обдумал, какие следует включить фигуры (взрослых, детей, животных, героев легенд - всего 67 элементов). В течение... [стр. 15 ⇒]

Проективные вопросы и проективное интервью Методика основана на особом построении вопросов таким образом, что они предлагают кандидату оценить не себя, а людей вообще или какого-то персонажа. Проективные методики основаны на том, что человек склонен проецировать, т. е. переносить свой жизненный опыт и представления на интерпретацию (объяснение) действий других людей, а также на вымышленные ситуации, персонажей и т. п. Именно на этой закономерности основан целый ряд психодиагностических методик различного уровня сложности (можно вспомнить широко известный тест «Фантастическое животное», «Пятно Роршаха», а также, например, ТАТ (тематический апперцептивный тест), который весь построен на том, что человек должен описывать действия персонажей на специальных картинках, объяснять причины и следствия их поступков). Подобные тестовые методики дают чрезвычайно интересные и высоковалидные данные. Преимущество проективных методик перед стандартизированными... [стр. 25 ⇒]

Проективные методики при этом выступают как своеобразный «мостик» от сознания одного человека к бессознательному другого. Существует множество классификаций методик, основанных на принципе проекции. Согласно одной из наиболее распространенных классификаций выделяют следующие типы методик. 1. Методики структурирования – требуют от испытуемого придать стимульному материалу определенного смысла, наделение его каким-либо содержанием. К примеру, стимульным материалом подобного типа являются визуальные символы - «чернильные пятна Роршаха». К этому типу относят таутофон (С. Розенцвейг, Д. Шаков, (1940)). При проведении данной методики испытуемому сообщают о том, что ему предстоит прослушать запись мужского голоса, предупреждая о необходимости быть внимательным, так как она малоразборчива. Требуется разобрать, о чем именно идет речь. В действительности же запись представляет собой повторения определенных серий бессмысленных звукосочетаний. Таким образом собирается информация, характеризующая человека с точки зрения контактности, внушаемости, доминирующих отношений к себе и к другим, степени субъективизма суждений. 2. Методики конструирования – предполагают создание целого из отдельных частей и разрозненных фрагментов. Наиболее известная из них «тест мира» (М. Ловенфельд, 1939). Для выполнения методики предлагается 232 маленьких ярких моделей (дома, деревья, самолеты, животные, люди и т д.). Задача испытуемого – по своему усмотрению создать из них некий «малый мир». При анализе действий учитывается, какие предметы выбраны первыми, какое их количество использовано, определяется площадь занятого пространства, формы конструкций и др. Составители методики выявили и описали несколько типов подходов к конструированию мира, с которыми можно соотнести работу конкретных испытуемых. 3. Методики интерпретации – предусматривают истолкование событий, ситуаций, изображений. Как отмечает Д.С. Горбатов, одной из старейших и наиболее распространенных методик этой группы является «тематической апперцепции тест» (ТАТ), разработанная в 1935 году Генри Мерреем в соавторстве с Кристианой Морган. В ходе ее проведения испытуемым предъявляются в определенной последовательности 20 картин, взятых из стандартного набора в зависимости от их пола и возраста. Все они отражают неопределенные ситуации, допускающие различное понимание. Вместе с тем, каждая картина направлена на актуализацию определенного типа переживаний (депрессию, семейные конфликты, агрессивные реакции, сексуальные проблемы т. д.). Испытуемых просят составить рассказ по каждой из них, описав мысли и чувства персонажей, ход предшествующих событий, наиболее вероятное завершение истории. Все рассказы записываются дословно, с фиксацией пауз, 72... [стр. 72 ⇒]

ИНДИВИДУАЛЬНОСТЬ КАК «НЕОТРАЗИМОСТЬ» Число мыслимых психологических определений этого термина когда-нибудь приблизится к числу индивидуальностей в психологии. Тут трудно что-либо поделать! Каждый — по себе судит, от себя отталкивается, свою индивидуальность отстаивает… — Примечание 3. Интуитивные концепции индивидуальности — формализуются, латентные — легализуются, личные превращаются в публичные. Было бы удивительным, если бы дефиниции, порожденные гением индивидуальности каждого из исследователей, совпадали. Существуют, доподлинно, такие категории в психологии, имя которым «контроверзы» (А.В.Петровский, В.А.Петровский [19]). Достаточно кому-нибудь одному из нас, смелому, дать дефиницию, как кто-нибудь другой, отважный, непременно заявит, что дело обстоит ровным счетом наоборот. Среди таких категорий-конроверз, я думаю, есть и занимающая нас сейчас категория индивидуальности. Уникальность исследователя, спроецированная на терминологическое пятно Роршаха, вот вам и рецепт построения искомого концепта! в мозаике возможных определений могут быть выделены две опорные точки, задающие вектор психологического осмысления понятия «индивидуальность». Начальная точка вектора — одно из искомых значений, представленное в культуре, языке повседневной речи. Другая точка, образующее острие вектора, есть некая психологическая интерпретация данного слова, показывающая нам «где искать», или, точнее, что мы хотим найти (а именно, яркую феноменологию, теоретически укорененную интерпретацию, проверяемые прогнозы). Конечно, начальная и конечная точки этого вектора должны соопределять друг друга так, чтобы между ними могла пробежать молния порождения нового смысла термина. Говоря это, я хочу поделиться своим визуальным образом: я буквально вижу как два облака возможных значений термина «индивидуальность» — представленные в культуре языка и языке психологии — сближаются, наливаются смыслами, и между наиболее близкими точками с той и другой стороны проскакивает молния объединения. «Индивидуальность», и мне кажется, здесь нет какого-то особого лингвистического открытия, это есть нечто уникальное, неповторимое, «непохожее». Другое дело — следствия такого понимания. Тут-то и появляется особое психологическое содержание. но попробуем, всѐ-таки, найти исходную общую точку в развертке необходимого понимания. У Александра Блока, в дневнике, есть запись, которую цитирует Георгий Адамович в своей статье о Зинаиде Гиппиус [3]. Всего три слова: "ЕДИНСТВЕННОСТЬ ЗИНАИДЫ ГИППИУС" Единственность… Пусть это слово будет для нас лингвистической точкой опоры в осмыслении сути «индивидуальности». Здесь есть всѐ необходимое — и своеобразие, и отличительность, и неслиянность с миром, можно, к тому же, использовать сложные комбинации слов, оттеняя разные грани этого термина. к примеру, можно говорить о «социо-природно-культурной нетождественности» индивида с кем-либо или с чем-либо. Далее, можно делать акцент не просто на своеобразии, но и на том уникальном в индивиде, что значимо в нем для других индивидов («развитие личности» — то же, что и расцвет индивидуальности ? это когда мы становимся позитивно значимыми для... [стр. 4 ⇒]

Классификации психологических данных V. По методам в сочетании с источниками (классификация Р. Б. Кеттелла) • L-данные (life data) – сведения, получаемые путем регистрации фактов реальной жизни. Обычно это данные наблюдения за повседневной жизнью человека или группы. С них рекомендуется начинать предварительное исследование проблемы. • Q-данные (questionnaire data) – сведения, получаемые с помощью опросников, тестов интересов, самоотчетов и других методов самооценок, а также путем свободного обследования психиатров, учителей и т. п. Благодаря простоте инструментария и легкости получения информации Q-данные занимают ведущее место в исследованиях личности. Число методик огромно. Наиболее известные: опросники Айзенка (EPI, EPQ), Миннесотский многопрофильный личностный перечень (MMPI), Калифорнийский психологический тест (CPI), 16факторный личностный опросник Кеттелла (16PF) и т.п. • Т-данные (test data) – сведения, получаемые с помощью объективных тестов, а также физиологических измерений. Эти данные «объективны», поскольку их получают в результате объективного измерения реакций и поведения человека без обращения к самооценке или оценке экспертов. Количество методик для получения Т-данных также очень велико. Это тесты способностей, тесты интеллекта, тесты достижений, антропометрические и физиологические измерения, ситуативные и проективные тесты (всего более 400 методик, разбитых на 12 групп). Наиболее, известны: тест «пятна Роршаха», тест Розенцвейга, тест тематической апперцепции (ТАТ), тесты интеллекта СтенфордБине, Векслера, Амтхауэра. [стр. 10 ⇒]

Е.С. Никитина m1253076@yandex.ru Институт языкознания РАН Функции абсурда в коммуникации Абсурд есть отсутствие смысла. Состояние временное, так как человек обречен на осмысление всего, что попадает в поле его деятельности. Эксперимент с пятнами Роршаха – тому подтверждение: способность видеть целостные изображения, умение интегрировать отдельные части пятен в единое смысловое целое – показатель интеллекта. Для моделирования коммуникационных механизмов интересен не абсурд сам по себе, а техники абсурдизации уже «спрессованного» смысла. Одним из таких приемов пользовался Шкловский, называя его «остранением». Доведение до абсурда – это попытка найти законы сфер бытия там, где устоявшееся не имеет смысла. Абсурд, как и ноль в математике, может быть рассмотрен не только как «бессмыслица», но и как начало движения к смыслу. Абсурд есть провокация смыслогенеза. «Точка зрения» меняет смысл всего текста. Вопрос – в технологии выстраивания точки зрения. Так, в конце 60-х годов пьеса «Розенкранц и Гильденстерн мертвы» английского драматурга Тома Стоппарда наделала много шуму, превратив Розенкранца и Гильденстерна, второстепенных персонажей «Гамлета», в главных действующих лиц какого-то в большей степени абсурдистского сценического произведения. И прежде повисавший в воздухе риторический вопрос Гамлета «Что ему Гекуба?» здесь модифицировался в один из безответных возгласов, который может быть адресован какими-нибудь новыми Розенкранцем и Гильденстерном уже по отношению к нему самому: «А что нам Гамлет?». Абсурд экспериментирует со временем и пространством ментальности. Не в то время сказанное слово или не в том месте создает бессмысленную ситуацию в коммуникациях. Локус абсурда есть испытание традиционного мышления (как инструментария познания мира) на прочность. Абсурд это и «невозможность возможного» и «возможность невозможного». И потому – это всегда начальная точка сближения расходящегося. 61... [стр. 61 ⇒]

Психологическая проекция и Таро Концепция синхронности Юнга помогает нам объяснить предсказательный потенциал Таро, а современная теория проверки психологических проекций помогает понять, каким образом можно использовать Таро для самопознания. Большинству специалистовпсихологов известен тест «чернильного пятна» Роршаха, или тест тематической апперцепции. В этом случае человеку показывают серию непонятных картинок и просят его высказать свои мысли по поводу того, что он видит на этих изображениях. Специалисты интерпретируют ответы и составляют психологический портрет тестируемого, основываясь на содержании и модели его ответов. Карты Таро действуют подобным образом. Они позволяют нам спроектировать на них образы своего подсознания. Если мы проанализируем полученные проекции, то узнаем очень многое о своих мыслях. В журнале «New Realities» («Новая реальность») за май/июнь 1990 г. биохимик Л. Д. Шеперд объяснила, каким образом карты Таро помогли ей достичь более глубокого самопонимания: «Расклады Таро помогают мне бороться с собой, не утрачивая при этом оптимизма. Они часто указывают на такие моменты, о которых я даже и не подозревала; это удивительно, но карты отражают то, что скрыто глубоко во мне. Таро помогают мне выбраться из круговорота привычных мыслей и сосредоточиться на чем-то конкретном, построить откровенный диалог с собой. Известно, что прогресс и направление научной мысли огранич ены кругом тех вопросов, которыми мы задаемся; наш личностный рост тоже ограничен подобными вопросами. Возникающие вопросы отражают наши представления, увлекают нас в будущее, к еще неизведанным сферам бытия. Хорошим иллюстративным примером этому могут служить мастера Дзен, которые не используют лекции при обучении своих учеников. Они ждут, когда ученик задаст свой вопрос. Мастера Дзен убеждены, что только тогда ученик готов услышать ответ и достаточно созрел для того, чтобы воспользоваться полученными знаниями». [стр. 6 ⇒]

Что касается данных, полученных в результате исследования животных, можно сделать следующие выводы: во – первых, использование этих данных применительно к человеку является весьма деликатным вопросом и должно осуществляться с величайшей осмотрительностью; во – вторых, изначальную наследственную склонность к разрушительной или жестокой агрессивности можно обнаружить у некоторых видов животных, хотя возможно и реже, чем принято полагать. У некоторых видов такая склонность полностью отсутствует. В – третьих, отдельные примеры агрессивного поведения животных при более тщательном рассмотрении чаще оказываются проявлением вторичной производной реакции на различные детерминанты, а не просто выражением инстинктивной агрессивности ради нее самой. В – четвертых, чем выше мы поднимаемся по филогенетической шкале и чем больше приближаемся к человеку, тем очевиднее становятся свидетельства того, что предположительно изначальный инстинкт агрессивности становится все слабее, пока на уровне человекообразных обезьян не исчезает совершенно. В – пятых, если мы будем изучать человекообразных обезьян, наших ближайших родственников среди животных, более тщательно, то не обнаружим практически никаких подтверждений первичной злобной агрессии, зато увидим достаточно свидетельств дружелюбия, стремления к сотрудничеству и даже альтруизма. Последний важный вывод является результатом нашей склонности делать предположения о мотивах, хотя все, что нам может быть известно, это поведение. Исследователи, изучающие поведение животных, пришли к общему мнению о том, что большинство плотоядных убивает жертву лишь для того, чтобы добыть пищу, а не из садистских наклонностей; примерно также мы добываем мясо, чтобы съесть его, а не из стремления убивать. В конечном счете все это значит, что впредь любые доводы о том, что животное начало в нас принуждает нас к агрессивности или разрушительному поведению как самоцели, должны быть поставлены под сомнение или отвергнуты. Дети Наблюдения, экспериментальные исследования и данные, касающиеся детей, иногда представляются нам имеющими сходство со своего рода проективным методом, чернильным пятном Роршаха, на которое проецируется враждебность взрослого. Мы часто говорим об эгоизме и склонности к агрессивности, свойственных детям, и с этими проявлениями личности связано куда больше работ, чем с сотрудничеством, добротой, сочувствием и т. п. Кроме того, исследования названных качеств, хотя и немногочисленных, но все же имеющих место, обычно не проводятся. Психологи и психоаналитики часто представляют себе ребенка маленьким дьяволом, рожденным с первородным грехом и ненавистью в сердце. Разумеется, в чистом виде такая картина не соответствует истине. Это суждение основывается на нескольких прекрасных исследованиях, в первую очередь, на исследовании сочувствия у детей, проведенного Луи Мерфи (Murphy, 1937). Даже этого узкого исследования вполне достаточно, чтобы с сомнением отнестись к выводу о том, что дети – это маленькие животные, изначально склонные к агрессивности, разрушению, враждебности, в которых при помощи наказаний и дисциплины нужно вколотить хоть каплю добродетели. 123... [стр. 123 ⇒]

...koob.ru по филогенетической лестнице, от низших животных к высшим, то мы обнаружим, что у высших животных по сравнению с низшими голод, например, как таковой играет уже не столь большую роль в поведении, что большее мотивационное значение для них приобретает аппетит (302). Более того, мы наблюдаем все большую изменчивость, постепенное удлинение периода взросления и, что самое важное, неуклонную редукцию мотивационной роли рефлексов, гормонов и инстинктов, и постепенное замещение их фактором интеллекта и социальными детерминантами. Подводя черту под анализом этологических данных, еще раз напомню, что экстраполяция этих данных на человека – весьма деликатное дело и требует осторожного исполнения. Во-вторых, скажу, что биологическая или наследственная тенденция к деструктивной, злобной агрессии действительно обнаруживается у некоторых животных, но все же реже, чем принято думать, некоторые же виды животных вовсе не проявляют оной. В-третьих, тщательный анализ конкретных случаев агрессивного поведения у животных убеждает нас в том, что сама агрессивная реакция – скорее вторичный феномен, производный от множества детерминант, а не обусловлена одним лишь врожденным инстинктом агрессии. В-четвертых, чем выше мы поднимаемся по филогенетической лестнице, чем ближе подходим к человеку, тем реже мы сталкиваемся с данными, свидетельствующими в пользу предполагаемой инстинктивности агрессии и тем менее убедительны эти данные, а поведение человекообразных обезьян и вовсе не позволяет нам говорить о чем-то подобном. В-пятых, изучая высших приматов, самых близких родственников человека, мы не только не обнаруживаем злобной агрессии в их поведении, но находим многочисленные проявления дружелюбия, склонности к сотрудничеству и даже проявления альтруизма. И наконец, последний, крайне важный момент, о котором я считаю своим долгом упомянуть, состоит в том, что поведение невозможно отделить от мотивации. Большая часть этологов и зоопсихологов сегодня сходятся во мнении, что плотоядные животные убивают только для того, чтобы добыть себе пищу, а вовсе не из садистских побуждений, точно так же как мы забиваем скот не потому, что нам нравится вид крови, а потому, что нам нужны бифштексы к ланчу. Всеми этими рассуждениями я хочу приблизить вас к тому, что впредь мы должны критически относиться к попыткам использования этологических данных для демонстрации деструктивного или агрессивного характера животного начала человека и решительно отметать подобного рода утверждения. ДАННЫЕ ДЕТСКОЙ ПСИХОЛОГИИ Эксперименты и наблюдения за детьми и интерпретация данных, полученных в результате этих экспериментов и наблюдений, порой напоминают мне проективный тест, своего рода пятна Роршаха, на которые взрослый исследователь проецирует свою собственную враждебность. Отовсюду мы слышим рассуждения о присущем детям эгоизме, об их деструктивности, и, как это ни печально, большая часть исследований посвящена именно этим характеристикам ребенка. Складывается впечатление, что мы просто не в состоянии согласиться с тем, что ребенок добр, дружелюбен, способен к сочувствию и сотрудничеству. Ученые крайне редко обращают свое внимание на детскую доброту, исследований позитивных составляющих детства так мало, что они порой остаются вовсе незамеченными. Порой создается впечатление, что психологи и психоаналитики могут рассуждать о ребенке только как о чертенке, как о существе, изначально порочном, злобном и агрессивном. Но столь мрачная картина, конечно же, не отражает реального положения дел. К сожалению, приходится констатировать вопиющую нехватку научных данных в этой области. Все мои рассуждения будут основываться лишь на нескольких блестящих исследованиях, проведенных в данной области, и в частности на исследовании Луи Мерфи, в котором изучалась способность детей к сочувствию, а также на опыте моих собственных наблюдений за детьми, здесь же я учту и несколько... [стр. 114 ⇒]

...koob.ru Дифференциация поведения на два класса поможет нам лучше понять процесс свободных ассоциаций. Если вы следом за мной придете к выводу, что свободные ассоциации – по сути своей экспрессивный феномен, вы поймете, в чем причина действенности этого метода. Если задуматься, то вся эта глыба психоанализа, огромное количество теорий, созданных на его основе, и методик, рожденных им, держится на единственной процедуре – на методе свободных ассоциаций. В связи с этим кажется просто невероятным, что эта процедура так плохо изучена. Исследований по этой проблеме практически не проводится, она так и не стала предметом серьезного научного обсуждения. Мы знаем, что свободные ассоциации приводят к катарсису и инсайту, но до сих пор можем лишь гадать, отчего так происходит. Для начала обратимся к проективным тестам, таким как тест Роршаха, поскольку они представляют собой наглядный и всем известный образец экспрессии. Образы, о которых сообщает пациент в процессе тестирования, не имеют целью решить какую-то проблему, они просто отражают его взгляд на мир. Поскольку экспериментальная ситуация почти не структурирована, и потому мы можем быть уверены в том, что образы, сообщаемые пациентом, почти всецело детерминированы структурой его характера и почти совсем не детерминированы требованиями внешней ситуации. Отсюда мы можем заключить, что имеем дело с актом экспрессии, а не преодоления. Именно поэтому, на основании содержания этих образов, мы вправе делать выводы о характере пациента. Мне кажется, что метод свободных ассоциаций несет в себе тот же смысл и может быть использован в тех же целях, что и тест Роршаха. Метод свободных ассоциаций, так же как тест Роршаха, наилучшим образом работает в неструктурированной ситуации. Если мы согласимся, что в основе свободы свободного ассоциирования лежит отказ от диктата внешней реальности, реальности, которая требует от человека подчинения сиюминутной конкретике, законам физического, а не психического мира, то мы поймем, почему проблема адаптации с такой обязательностью навязывает индивидууму целеполагание. Проблема адаптации активизирует и делает насущными те возможности организма, которые помогают ему преодолеть требования насущного. Насущное становится организационным принципом, в соответствии с которым разнообразные возможности организма воплощаются в действительность именно в той последовательности, которая единственно возможна и необходима для решения этой внешней задачи. Говоря о структурированной ситуации, мы имеем в виду ситуацию, логика которой предопределяет и направляет реакции организма. Совсем другое дело – неструктурированная ситуация. В неструктурированной ситуации внешняя реальность не столь важна, не столь значима для организма. Она не предъявляет к организму ясно выраженных требований, не указывает ему на единственно возможный, единственно "правильный" ответ. Именно в этом смысле неструктурирован тест Роршаха, все реакции организма в данном случае равновозможны и одинаково верны. Проблема, встающая перед испытуемым, разглядывающим пятна Роршаха, прямо противоположна проблеме студента, всматривающегося в чертеж, сопровождающий геометрическую задачу; ситуация, в которой оказался студент, настолько жестко структурирована, что в ней возможен лишь один-единственный, правильный ответ, который никак не связан с мыслями, чувствами и надеждами человека. Все вышесказанное с полным правом можно повторить и относительно метода свободных ассоциаций, быть может, даже с большей убедительностью, так как здесь пациенту не предлагается никакого стимульного материала. Перед ним не поставлено никакой... [стр. 135 ⇒]

Смотреть страницы где упоминается термин "пятно роршаха": [177] [103] [122] [158] [98] [6] [255] [115] [136] [178] [115] [136] [178] [10] [22] [99] [100] [61] [86] [100] [110] [88] [118] [61] [86] [100] [67] [3] [3] [36] [37] [214] [54] [304] [33] [9] [85] [3] [8] [26] [26] [42] [54] [59] [72] [76] [71] [95] [680] [207]